— Если ты не согласишься, Смотритель, то степь может уцелеть. Но не ты, — проронил я, глядя в смутные очертания силуэта. — Тебя уничтожат. В одиночку ты не сможешь устоять. Даже, несмотря на всю свою неуловимость.
— Яблоки зеленые, а снег белый, — поделился очень важным наблюдением Эштель. — Красиво рассказал ты все это. И даже намекнул, кому, чем придется заниматься. Но умолчал об одном. Чем сам займешься? Положим есть руки, ноги, тело, мозги и даже слава… а что же тогда ты?
— Я? Это все вы вместе взятые. И немного больше. Я сердце, чья работа обеспечит наше общее существование. И еще. У меня есть источник магической силы, которая даст фору даже Пантеону!
Мои глаза отразили несуществующее зеленое пламя, а в голове вдруг прозвучал вкрадчивый шепот: «Умница!»
Что?!! Это была не моя мысль! Меня бросило в холод. Что это такое?! Словно я сам себе прошептал это, чужим голосом… Белое кольцо безопасным украшением сидело на правой руке. Ничем, не выдавая попыток вторгнуться в мой разум. Может, показалось?
Внешне же я ничем не выдал своего волнения. Только зрачки расширились до предела, но на это никто не обратил внимания. Все смотрели на лучащееся светом кольцо на моей левой руке. Наверняка до них уже доходили слухи. И один страшнее другого. Да и сами они уже догадались увязать исчезновение магического фона с моими экспериментами.
— Ты сейчас предлагаешь нам войну? — уточнил Земион. — Зимние сражения и многодневные переходы? Удары по укрепленным крепостям?
— Я предлагаю вспомнить, что торговля для любой страны сродни кровеносной системе. Вспомнить, что ценны не каменные замки, а дрова, которые горят в их печах и камни, из которых складывают бастионы.
— И золото, из которого отливают монеты, — подхватил вдруг Эштель своим противным девчоночьим голоском. — И железная руда, из которой выкуют мечи! И вода, которую пьют, на которой готовят еду! Навязать войну, сначала Брайдерии, а после Балбарашу! Но по новым законам! Превратить всю жизнь их правителей в войну, а жизнь их солдат в бесконечный поход за ускользающими призраками! Захватывать ресурсы, раскачивать экономику. Хорошая идея и я уже думал об этом, но у меня одного было слишком мало сил для её осуществления.
Как забавно все-таки видеть малявку рассуждающую на такие возвышенные темы и демонстрирующую поразительные умственные способности.
— Я уже готовил почву для войны плана еще год назад, но тогда мои планы резко поменялись, — напомнил я. — Сейчас моему… нашему общему делу ничего не станет угрожать.
— Но для такого маневра нужно перебрасывать войска, нужно устраивать молниеносные атаки, нужно выматывать врага всеми силами! — возбужденно загомонил Земион, резко потирая подбородок. — Одних людей для этого будет маловато, впрочем, если объединить наши отряды…
— А никто и не говорит обходиться одними людьми, — в унисон с Демигором воскликнули мы. Я ощутил, что предложенная идея захватывает. По-настоящему захватывает их, уставших от безделья, связанных по рукам и ногам. Хотя они по-прежнему не верили друг другу. И никогда не поверят. Идея предложенная мной — соломинка, за которую вынужденно хватаются они.
— Но для начала следует избавиться от пришельцев с моря, — сказал Кленовый Король. — Одолеть их в бою, найти тех, кто их натравил на наши земли…
Все! Миг настал! Я встал и поднял руку вверх, пресекая обсуждение, а потом протянул эту руку к столам:
— Вы согласны попробовать? Для начала просто попробовать, не раскрывая своих секретов и слабых мест?
И каждый из них подумал, что пройдет совсем немного времени, и он сумеет расправиться с конкурентами, а после заграбастает себе все.
— Для начала скажи, сильный ли этот твой источник? — хитренько узнал Эштель.
— Хватит, чтобы сейчас, не сходя с места разметать тебя в клочья, и еще много останется, — доступно проиллюстрировал я.
— Я за, — поднял лапу Земион. — Попытка не пытка.
— И я за, — важно изрек Кленовый Король, старательно спрятав страх передо мной.
Эштель упрямо нагнул голову.
— Дельце будет выгодным, — лживо улыбнулась черноглазая девочка. — Я за.
Оставался один только Степной Смотритель. И он сказал…
— Мне это не интересно, — ветер колыхнул занавески на окне. — Я просто смотрю за степью. И управлюсь со всем сам. Если кто сунется ко мне, пусть пеняет на себя.
Силуэт размылся и поволокой потащился к двери, просочившись в щель у самого пола. Неудачно. И весьма невежливо. Зря я его вообще приглашал. Почему-то мне показалось, что последняя фраза воздушной сущности имела очень конкретного адресата.