Я невольно любовался мастерством хитреца, сумевшего свою силу подать как слабость. Действительно талантливый парень. Кольцо принялось замедлять свой бег, с каждым новым витком вращаясь все медленнее, пока наконец не остановилось полностью. И обрушилось водным валом на голову и плечи Люторада. Свидетели зрелища просто оцепенели. Указательный палец.
Водный поток на лету обратился потоком пламени. Кольцо на моем пальце чуточку потеплело. Это позволило оценить масштаб сил затраченных на сотворение заклинания. Огонь кругом раскинулся вокруг телеги на которой гордо высился темный силуэт, раскрывая внушительных размеров огненные ветви с истекающими пламенными каплями фруктами. И хотя от огня не исходило жара передние ряды в ужасе попятились закрывая лица руками, точно боясь ослепнуть.
Люторад же недвижимо стоял в чреве огненного ствола высокомерно глядя на смотрящих на него со священным ужасом людей. Должно быть им он сейчас виделся настоящим посланцем Богов — таких «картинок» Светлынь не видела давно. Я же мог только удовлетворенно кивать головой, присматриваясь к характеру чар.
Нет, нет, нет. Божественным благословением здесь не пахло. Талантливый паренек не погнушался применить конструкцию, которую ему показал я — нанизал заклинания на «нитку», вызвав их инициацию в обратном порядке. Замечательно. Просто умница.
Я смотрел как угасает пламя, превращаясь в струи теплого воздуха согревающие людей. И как сияет от удовольствия Люторад, загибая большой палец. Толпа чествовала его как героя, скандируя имя, разражаясь овациями и ликующими криками. Его товарищи помогли ему спуститься с телеги — мага пошатывало от усталости. Теперь его ждет долгая ночь — очень многим захочется выпить с таким замечательным чародеем, похлопать по плечу и сказать что-нибудь восхищенное.
И даже незримые соглядатаи Семинарии присутствующие здесь кажется, прониклись к Лютораду восхищением. Чудесно. Просто чудесно. Я люблю гордыню. С людьми пораженными ею работать одно удовольствие.
А то, что молодой маг применил сейчас именно мой «рецепт», свидетельство того, что в скором времени он повадится спрашивать моего совета, надеясь выудить что-нибудь еще. Такое же запоминающееся и эффектное.
Я развернулся и неспешно пошел вверх по улице по направлению к Семинарии. У этого белого мага замечательное будущее в числе моих союзников. Пускай даже он об этом еще не знает. Как и некоторые другие «цветочки» Семинарии. Такие милые, такие талантливые, такие забавные в своем желании добиться высот в магии. У каждого из них есть свое слабое место. Зависть, страх, гордыня…Ха-ха-ха! Представляю себе рожу Старейшины когда мой замысел перейдет в раскрытую фазу.
… Крики остались позади, а я с праздничным настроением шел вдоль улиц щедро залитых светом луны. Время от времени мне встречались небольшие празднующие компании молодежи — эти были заняты сами собой. Светлынь действительно хороший город — здесь даже нечисти практически не водилось. Лишь в одном месте, у Черного ряда, где бревенчатые дома стояли в ряд с каменными собратьями, я срезая путь задворками повстречал круглое похожее на игольчатый комок существо. Блазень, почувствовал мою подметную личину светлого мага чуть ли не окаменел на месте. Кажется он пытался забраться в чей-то дом. Ну-ну. Будь на моем месте настоящий Эльмеор — мир его душе, чтоб она вечно горела! — и нечистику бы крепко не поздоровилось. Я же лишь наградил косматого крепким пинком, заставив его с заполошным мышиным писком скрыться в темноте покинутой собачьей конуры. И собирался направиться дальше по своим делам, когда услышал позади шелест птичьих перьев. Закружился выполненный в форме петуха флюгер на крыше ближайшего дома, а на доски забора слева от меня грузно приземлился огромный ворон. Заскребли по дереву холодные острые когти. Даже в неверном ночном свете заметно было, что оперенье пташки не совсем привычного цвета. Темно-багряного.
Птица повернула голову, разглядывая меня черным глазом и открыв клюв зло каркнула. Я выразительно посмотрел по сторонам, убеждаясь что поблизости нет ни видимых, не невидимых свидетелей, а обитатели окрестных домов мерно похрапывают в кроватях и опершись о резные столбы забора поинтересовался: