— Осторожно! — закричал Рез. Молодой чародей, уже бывший на ногах призвал себе на помощь привычную силу Ветра. Спешно составленная формула превратила кинжальный порыв воздуха, обретшего убийственную силу, в продолжение руки. Протянувшееся через бурлящий источник и по пути пробившее насквозь один из кристаллов воздушное копье не причинив ни малейшего вреда прошло сквозь моровика. Ветер и вода бессильны против ожившего холода. Одно только прикосновение зловещего демона обращает кровь в кристаллики льда. Каждый опытный волшебник знает, что от этого существа, больше похожего на соломенное пугало, закутанное в тряпки, сбежать невозможно. В бою с Окультами помочь спастись может только быстрота верно принятого решения.
Снежный ковер под сформировавшимися ногами моровика обратился белым огнем, языки которого подобно острым стрелам разрывали облик демона, завернувшегося в рваный плащ. Огонь отзывался на мой приказ очень неохотно, словно бы не желая появляться в этом месте. Моровик развернулся резко, как ветошь подхваченная штормом, безошибочно определяя автора заклинания. И, с трудом преодолевая сопротивление пламени, обращающей участки его тела в безвредный туман, развеваясь поплыл ко мне. Еще одна странность, ведь силы вброшенной в заклятье должно было бы хватить на его мгновенное испепеление. В это же самое время Люторад с кровоточащим от напряжения носом рвал на части баньши. Тварь печально верещала, теряла куски своей бледной плоти, но все также не хотела сдыхать.
— Шим-шиллиам! — повелительно грянул друид ударяя посох оземь. Какой-то из мертвых языков, понимаемый лишь духами да теми кто посвятил себя общению с ними. Он определенно имел власть над незримыми охранителями мага. Отекающий с трех сторон от дикия снег обратился ураганными столбами с очертаниями человеческой, собачьей и змеиной фигур. Железный монстр затрещал, раздавая безвредные для духов удары и повалился на землю, частично проваливаясь в яму в которой спал. Моровик, чья скрытая натянутым на нос шарфом морда оставляла на виду лишь ярко-синие треугольники глаз уже тянул ко мне лапищу. Оставшееся пройденным пламя выгнулось щупальцами и в один миг поглотило демона, озарив всю поляну и склоны ельника. От ударной волны последовавшей следом за этим меня толкнуло назад. Рядом с головой в землю врезалась стальная подошва, раза в три больше моего черепа. Дикий, опустил на меня лицо и улетел прочь. Нанизался оказавшуюся крепче его доспехов гроздь ледяных кристаллов, показавшихся из развороченного панциря. Тьма! Это тяжелее чем должно! По крайней мере для Эльмеора Огненного, ведь для Дракона Триградского тут нет места. У меня даже голова загудела! Такое ощущение, будто добрая половина вкладываемой в заклинания силы, уходит в пустоту. Проваливается в бездну.
Поднимаясь с земли, весь присыпанный снегом, в синеватом свете кристаллов и магических вспышек, я увидел что Рез, заплющив глаза, сидит на земле и с силой сжимает ладонями виски. А соткавшийся из воздуха молот крошит доспех шкуру вышедшего на поляну дикия, сам при этом становясь все более прозрачным. Шагельд опирается на посох, как древний дед, а его армия духов, увеличившаяся всего на одного подвывающего призрака ломает конечности двум дикиям. Люторад расправившись с оставившей у самого бортика источника черный горелый след баньши, размазывая по лицу кровь, с ожесточением пытается выставить щит между нами и напирающими из темноты ельника железными мертвецами. Отломанная от одной из повалившихся елок верхушка ударила о магический барьер, заставив его колыхнуться, а ноги Люторада предательски трястись.
— Берегись! — слабым, старческим голосом крикнул Резу Шагельд. Так и не добитый молотом ветра дикий выворотил из земли один кристалл и занесши над головой швырнул в парня. А тот, похоже парализованный болевым шоком от неудачливых заклинаний, не смог даже пошевелиться.
Источник пьет магическую силу. Всю какую мы только можем предоставить. Впитывает в себя, и кажется ли мне, но тут стало еще холоднее?
Кристалл рассыпался мелкой сверкающей пылью, но последствия от моего заклятья судорогой свели руки. Дикий, не довольный таким поворотом событий, громыхая на выбитый молотом наколенник, похромал к Резу, чтобы лично прикончить парня. И тут в его плечо с гудящим щелчком угодил арбалетный болт. Бабах! Наплечник и нагрудную броню вырвало как игрушечные, а в нутро отдернувшегося чудища, извиваясь вползла огненная змея. Одна рука дикия обвисла, однако тот упорно продолжал идти. И сделал целых два шага, прежде чем шлем взорвался, острым осколком порезав щеку Реза а из оплавившегося хаубрека вытянулась, освещая в проломах доспеха омерзительное тело, огненная пасть. Демар, уже пришедший в себя, бледный и сосредоточенный целил из арбалета в следующее чудовище.