— Ты псих! — зашипел Глеб, когда действие принуждения закончилось. — Отдай ее мне.
— Нет. В случае нападения твоя Сила будет эффективнее. И прекрати паниковать. Мы в одежде Воинов Горной Долины, поселение глухое, нас не должны узнать. А вот если ты будешь продолжать таращиться таким безумным взглядом, кто-нибудь точно заподозрит неладное. Мне кажется, этот призрак как-то хреново на тебя подействовал, — предположил Макс, когда друзья торопливо шагали к деревне. Стояла глубокая ночь, но в некоторых домах еще светились окна.
— Зато на тебя она подействовала абсолютно наоборот, и это вызывает гораздо больше подозрений, — пробурчал Глеб. — И это не твоя сестра находится сейчас в таком ужасном состоянии!
— Я, наверное, тяжелая, — хрипло прошептала Эрика в бредовом состоянии. Максим улыбнулся одними уголками губ.
— Легкая, как воздух. Не напрягай голосовые связки. Да, ты прав, — сказал он, обращаясь к Глебу, — мой младший брат погиб. А твою сестру мы спасем, если перестанешь впадать в панику.
— А если у них есть описание нашей внешности? — не унимался парень. Лидер тяжко вздохнул.
— Да ё-моё, успокойся, я тебя прошу! Если они догадаются, мы соберем всех жителей и скажем, что начнем убивать по одному, если они не согласятся лечить Эрику.
— Я смотрю, призвание убийцы пришлось тебе по душе.
Максим решил промолчать, не желая продолжать бессмысленный спор. Уже почти у самой деревни Глеб не выдержал и заговорил снова.
— Как ты думаешь, что это за призрак?
— Понятия не имею. Но очевидно, что она приходила именно к нам, а не просто так по туннелю гоняла, потому что его раньше и не было вообще. Но какой-то это… нетипичный призрак.
— Может, она где-то здесь похоронена была, а я своей магией ее потревожил, — почти виновато произнес Глеб. — И что ты имеешь в виду под понятием «нетипичный»?
— Призраки владеют магией? Насколько я знаю — нет. А она владела. Ведь лед повсюду — это не галлюцинации. Вела себя странно, зачем ей нужно было дотрагиваться до волос Эрики или тебя по ручке гладить? Да и одета она была… Для гроба ее наряд не подходит, а если ее, к примеру, убили на каком-нибудь балу, то где следы убийства?
— Может, отравили ее.
— Возможно. А закапывать в таком странном месте зачем?
— Как раз в этом нет ничего странного, отравили и увезли в глушь, чтобы никто не нашел. — Казалось, Глеб был доволен своей версией.
— Вполне возможно, — повторил Максим, — но все равно она не похожа на обычный призрак, что-то в ней не то.
— Много ты видел призраков в своей жизни.
— Откуда тебе знать, может, видел. Так, теперь приготовься вдохновенно врать. Если ничего путного в голову не придет, лучше молчи, ради Бога. А то начнешь истерить опять. Запомни: Эрика не твоя сестра, она всего лишь Воин, солдат, брат по оружию, ну ты понял. Надеюсь, удача будет с нами.
Никакого забора, ограждающего маленькое поселение, не наблюдалось, дома просто стояли плотной кучкой. Заметной особенностью деревушки было то, что все дома были каменными и одноэтажными, вокруг них не росли сады или хотя бы простая трава. Если бы не свет в некоторых окнах, поселение можно было считать заброшенным.
В крайних домах свет не горел, и парни пошли вглубь деревни, осторожно оглядываясь и прислушиваясь ко всему. Дом, к которому они подошли, выглядел не слишком приветливо. Остановившись у массивной деревянной двери, Глеб сделал глубокий вдох и постучал. Минута, две, три — никто не открывал. Максим успел заметить в окне за шторами быстро мелькнувшую тень.
— Здесь что, не желают открывать дверь Воинам Горной Долины? — раздраженным и непонятно откуда взявшимся басом спросил Максим, для пущей убедительности пнув дверь. От его возгласа зажегся свет в соседнем доме, и Глеб, настороженно осмотревшись, приготовился использовать Силу, сверкнув темно-изумрудными глазами. — Глеб, потуши глаза! То есть выключи. Тьфу, верни ты им нормальный цвет, если не хочешь выдать нас прямо сейчас! — зашипел Макс, и в этот момент открылась дверь соседнего домика. Молодая девушка лет двадцати в каком-то пижамном комбинезоне и накинутом поверх него плаще неподвижно взирала на невесть откуда появившихся Воинов. Ее короткие светлые волосы торчали во все стороны, и можно было догадаться, что она проснулась из-за шумевшего Максима. Набравшись храбрости, она заговорила мелодичным, но чуть хрипловатым голосом.