— Ну, наконец-то догадалась, — всё тем же невероятно мелодичным чудесным голосом проговорил он, от чего хотелось замурлыкать. — А то всё никак не могла понять, где находишься.
— Это ты по моей ауре прочитал? — хрипловатым голосом спросила я, сладко потянувшись, и Тран перестал перебирать мои спутавшиеся пряди.
— Во сне я не вижу твою ауру, забыла? Просто почувствовал, — с улыбкой ответил он. — Насколько я понял, просыпаться ты не желаешь, — с удивительным теплом, на которое не был способен никто другой, произнес парень. Я снова улыбнулась, перекатилась на спину и всё же открыла глаза, посмотрев на родную физиономию Звездочета снизу вверх.
— Неа, — я зажмурилась от яркого луча, скользнувшего по лицу, и растянулась в ответной улыбке. Боже, как хорошо рядом с ним! — Ты мне булочки принес? — нагло поинтересовалась я, и Тран рассмеялся. От этого звука по сосудам растеклось теплое, мягкое, искрящееся золото.
— Нет, булочки в сон не пронесешь и тем более не поешь. Это нам доставили целую партию только что испеченных пирожков, побаловать решили, вот запах в сон и пробрался.
— Ну вот, — расстроенно протянула я, придвинувшись поближе к Трану и положив голову ему на колени, снова закрыв глаза. Вставать уж очень не хотелось, к тому же, ведь это всё еще был сон, поэтому я имела полное право поваляться.
— Как ты себя чувствуешь? — вдруг спросил он, положив свою ладонь мне на спину. Я, слегка удивившись такому вопросу, пожала плечами и, взяв его вторую ладонь, стала медленно проводить пальцами по её линиям.
— Хорошо. Почему ты спрашиваешь? Вроде бы синяков и царапин на мне нет, — с усмешкой проговорила я. Рука Трана напряглась.
— Потому что вчера тебе было плохо. Настолько плохо, что меня отправили к целителю, так как я был не в состоянии выполнять приказы, — глухо сообщил он, но всё же не смог скрыть в голосе волнение. Я резко села, от чего перед глазами поплыло множество черных и серебристых точек, и пару раз моргнула, ожидая, пока вестибулярный аппарат придет в норму.
— Ты… чувствовал ту же боль, что и я? — с бесконечной виной прошептала я. — Ты всегда чувствуешь то же, что и я? — спросила я, пораженная еще одной догадкой. Звездочет отрицательно помотал головой.
— Только очень сильную боль. Еще очень сильные эмоции типа безудержного счастья или вселенской ненависти. Так что произошло, Ника? — спросил он, проведя пальцем по моей скуле. Ярко-зеленые и всегда такие таинственные глаза смотрели с искренней заботой. — Расскажешь мне?
Я вздохнула и вкратце поведала Трану о том, каким психом стал Максим после получения моей Силы, о том, что в таком состоянии он ненавидел меня в несколько раз сильнее, а когда полностью подчинил обе Стихии и вновь вернул себе здравый рассудок, оказалось, что ненавидел он меня не из-за съехавшей крыши, а всегда, и вообще Силу возвращать не собирается. Сказала, что теперь не знаю, стоит ли мне вообще оставаться в Миртране, не сидеть же вечно в Дилариуме. Всё так резко изменилось, и, похоже, ничего не собиралось возвращаться на круги своя. Я больше не Защитник Миртрана, сколько бы другие ни убеждали меня в обратном. Замолчав, села поближе к Трану и обняла его, положив голову на плечо. Сейчас мне было так хорошо и спокойно, словно объятия этого Звездочета ограждали от всех ужасов окружающего мира. Интересно, если вот так обнять его в реальности, ощущения будут те же? Тран стал выводить незримые узоры на моей спине, и по телу пробежали электрические мурашки.
— А что если тебе прийти к нам? — внезапно спросил друг, и я замерла, пытаясь понять, что он имеет в виду. Куда к ним? Я нахмурилась и повторила мысленный вопрос вслух:
— Куда к вам? В смысле, в армию, к Воинам? — наконец дошло до меня, и я рассмеялась от такого странного предложения. Тран посмотрел на меня с легкой обидой, и я тут же поспешила попросить прощения за такую реакцию. — Ну извини, пожалуйста. Просто это настолько… неожиданный вариант, у меня его даже в мыслях не было. Представь себе ситуацию: Защитник Миртрана, чья Сила была у него отобрана командиром за предательство, вступает в ряды Воинов, чтобы сражаться, как обычный человек. У меня ведь даже нет разрушительной магии Воинов, что я там делать буду?
— У меня ее тоже нет, — усмехнувшись, ответил Тран. Видимо, он больше не обижается, уф. — Но никто не считает меня бесполезным. Например, я метко стреляю, что очень ценится Воинами, хотя поначалу все косо на меня смотрели, как же так, Звездочет пришел воевать… А ты, такая храбрая воительница, уж тем более не пропадешь там. Отпускать тебя в прямые столкновения с противником, конечно, страшно и небезопасно, но ты тоже можешь стать стрелком. Или помогать целителям. Если захочешь, будешь готовить. Ты ведь умеешь готовить? — хитро прищурившись, спросил Тран и прижался губами к моему виску. Я усиленно закивала.