— Это было бы просто прекрасно, мы благодарим вас за эту идею. И, пока вы здесь, я хотел бы спросить… — мужчина замялся. — Это правда, что Святой Ангел остался без крыльев?
Ни один из нас не смог подтвердить это словами, и мы просто кивнули, вспомнив о диком кощунстве. Никто так и не понял, что же враги хотели этим сказать. Ну, я решила спросить это у Правителя Бэхсалорта, предварительно избив его до полусмерти и поставив на колени для повышения степени его разговорчивости.
Сказав нам последние напутствия, Воин возвратился назад, а Глеб принялся разрабатывать в голове, а затем рисовать на земле план гор, тщательно продумывая какие-то ущелья, лазейки и прочее, создавая максимальные трудности для попадания врагов на нейтральные территории. Никто не хотел, чтобы враги еще раз устроили диверсию наподобие той, что произошла в нашей столице, или хотя бы попытались снова напасть на госпиталь. Наконец, попросив всех отойти подальше от реки, парень опустился на колени и приложил ладони к земле. Несколько секунд совершенно ничего не происходило, а затем началось какое-то адское представление, от которого у всех нас по телу побежали мурашки и волосы встали дыбом. Земля дрожала так сильно, что сейсмограф оценил бы эту дрожь баллов на девять. Я обернулась назад, испугавшись за всех, кто находился в госпитале, но до них эти волны не доходили — они распространялись только до определенной невидимой черты, которую, я уверена, Глеб контролировал одновременно с созданием гор. По земле пошли огромные трещины, словно зияющие глубокие раны, засасывая в черную бездну, и наш друг стоял посреди всего это ужаса на крошечном островке земли. Я, мельком взглянув на Эрику, увидела, что та дрожит похлеще земли, на которой мы стояли, полностью поглощенная страхом за брата. Пожалев, что не обладаю даром успокаивания, да и самым банальным утешением владею плохо, я просто обняла ее за плечи, надеясь, что это хоть как-то ей поможет. На одно мгновение дрожь прекратилась — а затем началась с новой силой, но теперь на наших глазах рождались горы. Мы столько раз подчиняли себе природные силы, но сейчас это выглядело поистине грандиозно. Как бы это нескромно ни звучало, но я почувствовала, что мы не просто Защитники, способные использовать силы Стихий, — мы творцы, которые могут создавать новое в вечной великой природе. В первую секунду меня наполнила бесконечная гордость, но уже в следующее мгновение голову пронзила резкая мысль, что это неправильно, ибо никто не имеет права вмешиваться в природные дела. Ну, конечно, нашла, когда об этом вспомнить — после долгих месяцев использования магии, да еще перед решающим сражением. Вот чувства вины мне только и не хватало.
Исполинские каменные пики устремлялись в небо, обрастая всё новыми слоями земли и камней, ущельями, пещерами и горными серпантинами, отбрасывая гигантскую тень и закрывая собой свет Церона. Не знаю, сколько это длилось, но в итоге перед нами предстала длинная горная цепь, которую ни в чем нельзя было отличить от настоящей, существующей уже не один век. Я думала, что дрожь просто прекратилась, но, посмотрев на Глеба, поняла, что она явно перешла в него: полностью обессилев, он плюхнулся на усыпанную пеплом и каменной крошкой землю, не в силах унять трясущиеся руки. Сестра тут же подлетела к нему, всунув ему какую-то таблетку и не слушая возражений. Когда парень более или менее мог контролировать свое тело, он кое-как поднялся и, повернувшись к нам, посмотрел на меня слегка обезумевшим от перенапряжения взглядом.
— Я еще не закончил, — охрипшим голосом сообщил он именно мне. — Мне нужно перебраться на другую сторону и доделать там, поможешь?
Сообразив, что он имеет в виду, я кивнула, и Эрика перенесла всех четверых через новоиспеченные горы. Пока мы не успели приземлиться, я устроила на воде ровную площадку, по твердости не уступающую камню. Глеб слегка наклонился вперед, приняв более устойчивую позу, и принялся снова «корректировать» новорожденный горный хребет. Завершив «строительство», на этот раз окончательно, парень опять рухнул вниз, но я успела смягчить ему падение.
— Черт, — вытирая пот со лба, прошептал Глеб. — У меня аж сердце на секунду остановилось, я думал, что помру.
— Серьезно? — я опустилась рядом с ним, заглядывая в изумрудные глаза. — У меня было то же самое, когда я вырывала подводный туннель! Поздравляю, ты поднялся на новый уровень владения Стихией, — с видом знатока сообщила я. — Правда, я после этого еще на пару минут и память потеряла, а ты держишься молодцом.
— Поднялся на новый уровень? — с недоверием переспросил Глеб. — Что это значит? Я теперь более крут? — с усмешкой уточнил он, и я кивнула.