Про деньги у нас с ней уже был разговор. Лене было неудобно, что я трачусь на охрану её парня и подруги, но она не могла отказаться. Это мучило её почти так же, как их безопасность. Она развернулась и продолжила подниматься.
— Что будет с Екатериной Сергеевной, если я не выйду на работу. Паневский уже угрожал ей, когда я неожиданно уехала на пару дней. Что же будет сейчас?
Ответа на этот вопрос у меня не было. Слишком многие оказались впутаны в эту историю.
— Она ничего не знает о тебе, и начальник — это не настолько близкий человек, чтобы через неё попытаться повлиять на твоё решение, — сказал я единственное, что выглядело разумным в этой ситуации. Кажется, Лену это немного успокоило.
Впереди показался просвет среди кустарников, через которые шла тропинка, и мы вышли на ровную площадку, созданную природой, кажется только для того, чтобы любоваться красотой, простирающейся вокруг. Какое-то время мы стояли молча, восхищаясь открывшимся видом. Чуть в стороне от дороги, по которой мы приехали, петлял ручей поблёскивая в лучах растущего месяца, появившегося из-за белеющих на фоне темного неба заснеженных макушек гор. Спускаясь ниже, ручей впадал в небольшое озеро, протянувшееся вдоль долины и терявшееся в тени гор вдали. Небо казалось таким близким, что хотелось протянуть руку и дотронуться до звёзд. Я посмотрел на Лену, и увидел, что она тоже смотрит на меня с улыбкой.
Уже сутки, а если задуматься, то и больше, мне не давала покоя одна мысль. Думаю, Лене она тоже приходила в голову, но мы почему-то избегали этой темы.
— Кажется, я знаю, что мы найдём в конце этого пути, — сказал я.
Девушка удивлённо вскинула брови и вопросительно посмотрела на меня, ожидая продолжения.
— Мы оба понимаем, что тебе подчиняются не только огонь и воздух.
Лена кивнула, и я продолжил:
— В семье твоего отца за несколько поколений не было ни одного упоминания о силе Воды, которой ты так легко управляла вчера, и…
— Значит, это мама, — перебила меня Лена, произнеся это спокойно.
— Получается, что там нас ждёт правда о её семье.
Девушка опустилась на огромный камень, лежащий на краю площадки и, задумчиво глядя вдаль сказала:
— Когда мы забрали из банка папины документы, было понятно, что это как-то связано с мамой. Но ещё до моего рождения они искали мамину семью, и я решила, что, уехав от нас, он решил не скитаться без дела, а продолжил поиски. Но я не могла и предположить, что мама тоже из семьи Хранителей. Когда ты твердил мне, что вода мешает, я пыталась убедить себя, что просто пока не ощущаю всей своей силы, чтобы почувствовать какие-то помехи. Я ведь не знала, как это должно быть, просто делала то, что могу. Мне не с чем было сравнить. Но вчера в дождь я поняла, что тебе тяжело с ним справляться, а я не чувствовала этого. Наоборот, я ощущала прилив сил. Казалось, капли, касающиеся моих рук, шеи, наполняют меня энергией. В этот момент я решила попробовать.
Она замолчала, всё так же глядя вдаль.
— И у тебя получилось, — сказал я.
— Значит, у меня три Силы? — спросила Лена.
— Получается, что так.
Еще некоторое время мы молчали. Это совсем не напрягало. Всё-таки в горах не хочется суетиться и обгонять время, как мы привыкли в современных городах.
— Если это так, и он действительно узнал что-то о маминой семье, почему он не сообщил нам? — задумчиво произнесла Лена.
— Может быть, он не успел? — предположил я.
— Возможно. Но он знал, насколько это важно для мамы!
— Если она оказалась в детском доме ещё младенцем, может быть, никого из её семьи не осталось в живых?
Девушка вздохнула и сказала:
— Завтра мы что-то узнаем. А сейчас, ты хотел меня чему-то научить, — сказала она бодро.
— Хотел, — я усмехнулся, — но, кажется, ты сама уже всё умеешь.
Она удивлённо взглянула на меня.
— Что именно?
— Я хотел научить тебя запасать энергию, брать её из природы до того, как ты выдохнешься, потратив все силы. Но после твоего рассказа о дожде, — я не договорил, разведя руками.
— А что насчёт воздуха? — спросила она. — Вода есть не везде.
— Я думаю, существенных отличий нет. Попробуй.