Закат
Отцвели гиацинты и розы…
И колокол плачет: по них?..
— Ах, цветы те убили морозы,
А невесту замучил жених!..
Лепестки — эти тонкие пальцы,
Что прикалывали к груди брошь…
Увяли под утро, страдальцы…
И по ком ввечеру ты вздохнешь?..
Золотая упала прическа,
Развинтились и кудри совсем…
И лицо оплывает: из воска!..
И замок нечаянно-нем…
Печаль по твоем гиацинте
С бледной розой во мне умерла…
Вечереющих снов не покиньте:
Слитки золота в тканях стекла.
«Мшистые, точно зашитые в сетку…»
Мшистые, точно зашитые в сетку
Дымно-зеленой тафты.
Камни мозаикой тянутся редкой
У золотистой воды.
Дремлет залив. И боярышник пестрый
В красном монисте звенит.
Отблеск полудня рассыпался остро
Гладью приморских ланит.
ТАНЦОВЩИЦА
Степного ветра легковейней
Скользит по мягкому ковру,
И флейта грустная в кофейне
Поет и плачет, как в бору.
Надежда верная в несчастьях
Рабе — как вихорь здесь нестись.
И ноги смуглые в запястьях
Сверкают одаль, как и вблизь.
Но как сменить гарема клетку
Вновь на свободу вешних птиц?
Забыть ли пальмовую ветку
С листами острыми, как шприц!..
Граненый день пред падишахом
Под тамбурин, гремя, пляши.
И жемчуг вышит по рубахам,
По шелку желтому межи.
А там — оазис и цветенья
Кровавых кактусов зимой,
Там баобаб широкой тенью
Накрыл песок, в ветрах хромой.
Тут в волнах слабого тумана
Лишь лица видишь впереди,
И в струйках сладкого кальяна —
Кружись, греми, сверкай, лети.
Поет свирель про грусть в кофейне.
Как мхи махровые, ковры.
Степного ветра тиховейней
Скользит она — раба игры.
У МОРЯ
Море нежно-голубое
В золотисто-ярких блестках
Ходит гривами прибоя —
Балерины на подмостках!
Над обрывом — зонтик дачи.
Там фонтана зыбкий посох
Золотые будит плачи,
Там балкон алеет в розах.
В платье белом и кисейном
Вы прошли в свою беседку…
Тянет вздохом легковейным
Ветер морем солнца сетку.
И, сверкая, убегает
Гладь воздушно-голубая,
И в дали червонной тает,
Скалы-конусы купая.
Камни светят, как стеклярус,
На песчаных дна откосах.
И бессильно виснет парус.
И балкон весь в сонных розах.
ПЕВЕНЬ
По свежераспаханным грядам
Походкою важной идет
Заносчивый певень. Каскадом
Хвост радужный перья несет.
Потянется, станет, крылами
Захлопает вдруг, запоет.
И вновь, не спеша, к влажной яме,
Что вырыл сошник, он бредет.
Житье петушиное — воля.
У бабушки век коротай:
В присмотре, прикорме и холе
Рай птичьих созиждется стай.
Схилившись над ветхой криницей,
Стоит голубой голубец.
Старуха в оконце синицей —
С лиловою лентой чепец —
Глядится на вешние гряды.
И зоркий добреет глазок:
Как желтые ловко наряды
Красивый одел петушок!
А он выгнул длинную шею,
Как змейки упругой кольцо,
И что-то кричит все звончее
Морщинам хозяйки в лицо…
ПЕРЕД ГРОЗОЙ НОЧНОЮ
Ветер песенку неистовую
Тонким голосом насвистывает.
Мглу за окнами сиреневую
Тополь сеткой веток вспенивает.
Окаянней блещут таяния,
С каждым мигом все нечаяннее.