Тсс… девушка. В такой таверне
я… стикс ин вино перешел.
Там поутру мне третьи трели
пел пересмешник-петушок:
«Ты ангел? — Бес. — Ты бес? — Не знаю.
Хороший хохот:
те и те
лишь диалектика названий
и суесловие систем.
Восстань, вассал! Какому клиру
деянья детские развил!
Разбей божественную лиру,
все — трын-трава!»
И я разбил.
Я вышел в нимбе (нимб калорий?).
Я — символ истин интеллекта!
И вот, пожалуйста, в колодце
очнулся… Гнусно.
Девушка:
Интересно.
Неплохо и про трын-траву.
Ангел:
Ты что здесь делаешь?
Девушка:
Живу.
Ангел:
Конкретнее. Какая эра?
Где глобус? Что за государство?
Девушка:
Живу, как всё — как то и это.
Ангел:
Уже целуешься?
Девушка:
Гусарство.
Ангел:
Не нравится?
Девушка:
Для вас — нормально.
Ангел:
Я не опасен и не злой.
На двух ногах по наковальне,
я между небом и землей,
как Гера некогда…
Девушка:
Живая…
Ангел:
повис. Туда, сюда — ни-ни.
Девушка:
Живу и жду — живу — желаю….
Ангел:
Всё грезы-розы?
Девушка:
Да. Они.
(Беседуя таким образом, Пьяный Ангел и Девушка передвигаются в сторону беседки. Уже в беседке. Свеча. Светлячки. Бьют часы. Девушка вяжет. Спицы.)
Девушка (поет):
Столетье спустя, в январе
был маленький храм.
Святители на серебре,
нехитрый хорал.
Свеча и алтарь. В тайнике
там ангел стоял,
и лира на левой руке,
и благословлял.
О, волосы бел ковыли!
Молитвы слагал
про тех, кто повел корабли
в снега и снега.
Как радостно было у нас,
когда над свечой,
как маленькая луна,
блестел светлячок!
Столетье спустя и еще
с востока пришли
какие-то люди с мечом
и люди с плетьми.
Они обобрали наш храм,
алтарь унесли
и юношей (вот и хорал!)
на торг увели.
Совсем отгорела свеча,
лишь сторож-фантом
ходил, колотушкой стучал,
да помер потом.
Ангел:
Ты помнишь песню обо мне?
Девушка:
Не о тебе, о том, о нем.
Ангел:
Невеста!
Девушка:
Не твоя!
Ангел:
О нет!
Отныне он и я — одно.
Невеста! Крест и три перста!
Благословляю и люблю!
Девушка:
Ты — пьян.
Ангел:
Святая простота!
Последний миг — умру — ловлю!
Пророк — про рок, про свет — поэт,
мне — нет судьбы и нет святилищ,
мне просто в мире места — нет.
Не жалуюсь, уж так случилось.
Раскаянье. Хоть раз в века
в тех лабиринтах мира — Крита
живые души развлекать,
моя — мертва.
Девушка:
Моя калитка
за баней. Шествуйте, дружок!
Ангел:
Я послан за твоей душой.
Девушка:
Кем послан?
Ангел:
Сам собой, невеста.
Девушка:
Так сам себя и отошли.
Ангел:
Куда? Ни местности, ни места
отныне мне не отвели.