Душа! расстаться — расплатиться.
В который рок, в который раз
на душу дунешь — разлетится
по искоркам — и нету нас.
(Занавес.)
Хор за занавесом:
Фарс фарисея,
барабан боли
это творенье.
Суету сеют
бесы и боги,
тьма и томленье.
Это их игры
света и смерти,
тайны и знаки.
Нет наших истин:
солнце, как сердце,
бьется над нами!
(Занавес поднимается.)
Автор:
Холм, на холме хутор, два окна, пасется белая лошадь, кусты,
беседка, столик, подсвечник, свеча, проволочки, дорога, баня
и пруд, колодец, бабочки болтаются, фонари висят, мгла — нежная,
луна — красная, Девушка — в простом платье.
ПРОДОЛЖЕНИЕ
1970
«Тише, тише…»
Тише, тише,
мысли-мыши,
кот на крыше —
кыш! кыш!
Кот-мяука,
ловит муху,
ловит муху,
мой малыш!
Тише, тише,
мысли-мыши!
Кто на крыше?
кыш! кыш!
Это бесы
плачут в бедных
колыбелях,
мой малыш!
Тише, тише,
мысли-мыши!
Боги слышат,
мой малыш!
Боги эти
тоже дети,
а на свете
лишь тишь…
Гамлет и Офелия
Гамлет:
Неуютно в нашем саду —
соловьи да соловьи.
Мы устали жить на свету,
мы погасим свечи свои.
Темнота, тихо кругом,
лает пес, теплится час,
невидимка-ангел крылом
овевает небо и нас.
Неуютно в нашем дворце,
всё слова, Гамлет, слова.
И сидит в вечном венце
на твоем троне сова.
Это рай или тюрьма,
это блеск или луна?
В небесах нежная тьма,
Дух Святой, дьявол она.
Неуютно в наших сердцах,
целовать да целовать.
Уплывем завтра, сестра,
в ту страну, где благодать!
Офелия:
Где страна, где благодать?
Благо дать — и умереть.
Человек — боль и беда.
Только — быть, и не уметь
умереть. Быть — целовать,
целый век просто — пропеть,
целый век быть — благо дать,
целовать, и не успеть
умереть. В нашем саду
лишь пчела с птицей поют,
лишь цветы, лишь на свету
паучки что-то плетут…
Да летят искры стрекоз,
ласки сна, тайны тоски.
В золотых зарослях роз
лепестки да лепестки.
Ты потрогай — рвется струна,
Аполлон требует стрел.
Этот знак «сердце-стрела»
устарел, брат, устарел.
Только трепет и тетива!
Или их, или себя!
Этот сад, весь в деревах,
огонь и меч их истребят.
Гамлет:
Про деянья или про дух.
Про страданья или про страх.
Вот и вся сказка про двух:
жили-были брат и сестра.
В той стране, в той голубой
(журавли не долетят!),
там была только любовь,
у любви только дитя.
До зари звезды дрожат,
вся цена жизни — конец.
Ты послушай: дышит душа,
бьется, бьется в теле птенец.
Их любовь слишком светла,
им Гефест меч не ковал.
Жили-были брат и сестра,
и никто их не карал.
. . . . . . . . . . . . . . . . .
Ничего нет у меня,
ни иллюзий, и ни корон,
ни кола, и ни коня,
лишь одна родина — кровь.
Орфей
Им — венец, нам — колпак фригийский!
Обещанья отцов — о где же?
Эти — эллины, мы — фракийцы.
Так погасим очаг отечеств!
Кифареды, порвите ноты!
С плеч долой купола Атласа!
Не пропустим их в наши ночи,
нашим плачем их не оплачем!
Да бесславными чтобы были
мир-мираж или войны-вопли,
пусть мычат эти очи бычьи,
это волчье веселье веет!