Капитан Канецки:
Феерическая неправда! Я хочу, чтобы на моем «Гренландце»
что-нибудь произошло. А — вы!
2-ой Слесарь:
И Кесарь хочет, чтобы что-нибудь произошло, а ничего —
повелевает нами и ясен, как незабудка. И ничего
не произойдет.
Кесарь (вбегает, вспотевший; заметив, что слесари тянутся за бутылкой, поспешно):
Повелеваю вам распить эту бутылку!
Стремительно вбегает Официантка. Она делает вид, что ставит перед капитаном графин бренди и бутерброд с красной икрой. Недоумение капитана. С площадок винтовой лестницы раздаются выстрелы. Вбегает котенок. Он синицей прыгает по кабаку. Мы совершенно забыли о матросах. А матросы, тем временем, оказывается, взаправду упились. Одни делают вид, что танцуют; другие, что трезвы; остальные делают вид, что не делают никакого вида. Они изредка аплодируют своим внутренним голосам.
Капитан Канецки:
Приятно после дальнего плавания причалить к стойке,
похлебать какой-нибудь бодяги, ну, и, конечно же,
конечно, задумать легенду.
Братик Бредик:
Молодым женщинам рекомендуется употреблять в пищу
электрические провода.
Капитан Канецки (печально):
Что-то не вижу я ни графина бренди, ни бутерброда
с красной икрой. (Недоумение Официантки.) Может быть,
потому, что я смотрю невооруженным глазом.
1-ый Слесарь:
И снова тирады о вооружении. Великолепно! Давайте
вооружим и глаза. Каждому глазу по четыре кольта,
каждому глазу межпланетный корабль и противогаз!
Капитан Канецки:
Какой ты, Слесарь, умный! И откуда ты такие красивые
фразы разузнал? Куда я попал? Это кабак или Всемирный
форум начинающих прозаиков? Какой цели посвящено
ваше образное мышление?
2-ой Слесарь:
Тебе известно, каким образом образовалось слово «жрец»?
От слова «жрать». Немудрено догадаться, что такое жрец
религии, жрец науки, жрец искусства.
Капитан Канецки:
А выпить бы нехудо. (Кесарю, кивая на корону): Эй, молодой
человек в странной бескозырке, принеси пару
бутылок.
3-ий Слесарь (обидчиво):
Это наш Кесарь, он только нами повелевает.
Капитан Канецки:
Да, сегодня уже не задумать ни легенды, ни эссе.
Один из матросов (неожиданно вмешивается в размышления персонажей):
Возвращаюсь я сегодня из самовольной отлучки, пробегаю
я мимо клумбы, а на клумбе новый куст цветов. Я живо
заинтересовался: как это за одну-единственную ночь вырос
такой красивый куст? Разглядываю цветы и вижу:
это совершенно не куст, это ночью в пьяном виде спрыгнул
с балкона художник-абстракционист, нырнул с балкона
и расцвел. Красиво цветут абстракционисты.
Все (исключая капитана Канецки, с восторгом):
Лавочник (регулярно и тяжело вздыхая):
В Италии произошла забастовка служащих патриции, то
есть, я хотел произнести полиции.
Капитан Канецки:
Лавочник:
Не для того я очнулся, чтобы произносить серьезные слова.
Разве незаметно, что я остроумно каламбурю?
(Все делают вид, что хохочут.)
3-ий Слесарь:
Давай с этой минуты я буду тебя называть Николя,
а ты меня тоже называй Николя.