1-ый Слесарь:
Нет, не капитан виноват. Это виноват Алгебраист. Зачем он
занимался вычислениями, когда мы жили хорошей, белой
жизнью.
Алгебраист:
Ты тоже виноват, Слесарь, и твои три друга виноваты.
Зачем вы стучали молотком по зубилу.
Появляются три Слесаря, майор войск связи и лейтенант, командир музыкального взвода.
3-ий Слесарь:
Мы не виноваты. Виноват Лавочник. Нечего ему было
напиваться до неузнаваемости.
Лавочник:
Виноват майор войск связи.
Лейтенант (вынимая кольт):
Друг моего детства не виноват.
Капитан Канецки (вынимая кортик):
Бросьте, ребята! Вот развели бодягу! Во всем виноват котенок.
2-ой Слесарь:
Котенок — не виноват!
Капитан Канецки:
Ты что, председатель общества охраны домашних
животных? Котенок — вот виновник.
Вечерелло:
Послушайте, многоуважаемые сеньоры, неужели вы не
догадываетесь, кто виноват? Виноват Пенсионер — вот кто.
1-ый Слесарь:
Ты, иностранец, Пенсионера не трогай. Пенсионер
не виноват. Он разыскивает справедливость.
Братик Прутик:
О чем ты глубоко задумался, Брат Бред, труженик моря?
Братик Бредик:
Я задумался вот о чем, Брат Прут, труженик моря: почему
Архимед, когда ощущал окончательный выход из своих
гениальных формул, почему Архимед в таких случаях
восклицал: «Еврейка!» С какой целью Архимед восклицал
«Еврейка»?
Вечерелло:
Вообще, в Гренландии кто позволяет себе уход на пенсию.
Художник — не позволяет. Правительство — не позволяет.
Матрос — не позволяет. Слесарь — не позволяет. Вот
и разъяснилась еще моя догадка — один лакей позволяет
себе уход на пенсию, и его необходимо беречь, ибо он —
один и не виноват.
Братик Бредик:
Молодым женщинам рекомендуется употреблять в пищу
свинину с вином.
3-ий Слесарь:
Очень трогательно Братик Бредик отзывается о женщинах.
Я все же решил жениться на балерине Тан. Лучше наладить
семейную жизнь, чем стыдиться, кто я. Напрасно вы все
перекладываете вину друг на друга. Я считаю: жизнь
потихоньку налаживается. Правда, Николя?
4-ый Слесарь:
Правда, Николя. Жизнь потихоньку налаживается.
Потихоньку поумираем.
2-ой Слесарь:
А капитан Канецки во всем раскается.
Капитан Канецки:
В чем это я во всем раскаюсь?
2-ой Слесарь:
Нечего было прикидываться писателем. Ты создал для нас
такие ситуации, за которые тебя, как правильно подметил
Кесарь, необходимо приговорить к расстрелу.
Майор:
Интересно, как мы его расстреляем? Я не способен нажать
курок спускового механизма.
Лейтенант, командир музыкального взвода:
Я думаю: не будем расстреливать капитана. Лучше мы его
перевоспитаем: привьем капитану музыкальную культуру.
4-ый Слесарь:
Пока будем прививать, потихоньку поумираем.
Алгебраист:
Я позову погостить в Гренландию моего коллегу,
алгебраиста японца Накаоко М. Мы его позовем погостить
и расстреляем. И отпадет необходимость мучиться
с капитаном Канецки. А капитан больше не будет сочинять
свои приключенческие эссе.
Капитан Канецки:
Чего вы привязались ко мне. Я не менее вас ремонтирую
море. Я сам не вижу выхода из нашей, или, как вы образно
выражаетесь, моей ситуации. Если вам, или — нам
необходима расправа — давайте повесим котенка. Это
котенок во всем виноват. Зачем он прыгал синицей по
кабаку.