Выбрать главу
Крушись, злополучна любовь! — погиб твой прекрасный Адонис! Колико он крови излил, толико ты слез пролияла, Венера! — и слезы, и кровь земля во цветах оживила: Из крови — багряный возник, из слез — анемон белоснежный.
Восплачем! Адониса нет! погиб наш прекрасный Адонис! Остави тоскующий лес, тоскующи горы, Венера! Уже уготован и одр — ах! смертный сей одр Адониса. На ложе почиет твоем бесчувственный, хладный Адонис! Умерший... прекрасный мертвец! — как спящий сном сладким любезен! И те же одежды на нем, в которых к тебе приближался, В которых он нощи с тобой один проводил безвозвратны. Утехи свои оживи, помысли, что жив твой Адонис; Цветами осыпь, увенчай роз вязями благоуханных! На что и цветы? — Как им жить, когда не живет наш Адонис! Осыпь его миртой, облей струями чистейшего мира! Где миро? — Ах, миро твое погибло! — оно — твой Адонис! Се! радость, краса пастухов — лежит под златой пеленою! Окрест его плачут, в слезах, тоскуют малютки-эроты. Обрезала Скорбь им власы. Смутились: тот стрелы ломает, Сей топчет лук гибкий, а тот терзает колчан драгоценный; Сандалии съемлют одни, другие в сосуде блестящем Священную воду несут и рану его омывают; Все веют крылами, теснясь, дабы прохладить Адониса. Оплачьте Венеру, друзья, оплачьте вы матерь, эроты! На праге чертога, восстав, задул Гименей свой светильник! И, брачный венец разорвав, воскликнул он: «Нет Гименея!» Не песни веселые вам, — но песни для вас гробовые! Оплачьте Адониса все, оплачьте вы брачного бога! О, рок неисследимый! — как? — Адонис — и он умереть мог!.. «Он умер», — шептали вдали таящие слезы хариты! Печальные музы стеклись, обстали Адониса ложе; Не пойте, не стройте вы лир: ах! песней не слышит Адонис! Вам внемлют земля и моря — не ведает вас Прозерпина!..
<1826>

ТИРТЕЙ

Оды.{*}

I
Не тот достоин вечной славы, Не тот наследник громких хвал, Кто первым был в кругу забавы, В потешных играх побеждал.
Пусть силой, крепостью телесной Он диво — богатырь в рядах; Пусть быстротою стоп чудесной Он ветры упреждал в полях;
Пусть прелестью лица и станом В Титоне зависть возродил; Пелопса превышая саном, Мидаса златом удивил;
Пусть он, вития средь совета, В речах Адраста посрамлял: Владетель всех сокровищ света
Велик, — но пред героем мал!..
Он мал, когда не пламенеет Завидной страстью встретить смерть, В глаза врагу смотреть не смеет И не спешит злодея стерть!
Он мал!.. Ты, доблесть, к вышним вера, К отчизне пламенна любовь, — Едина ты величий мера! Ты кровь Алкида — наша кровь!
Герой в ряду дружины ратной, Трясущий грозно копие, — Се! дар от неба благодатный! Се, Спарта, счастие твое!
Стоит! Он бегство презирает, Забыв о жизни, помнит честь; В кипящем сердце вопрошает: «Где страх? Куда погибель несть?»
«Сюда! — зовет друзей-героев. — Сюда! — нам стыдно ран не знать! Пойдем!» Врубились в недра строев — И всколебалась смутна рать!
Бегут враги, — он вслед, как пламень; Он правит вихрем битв, как бог; На замысл — быстр, а в буре — камень, Равно в удаче, трате строг;
Он кончит жизнь в пылу сраженья, Среди смятенных страхом сил!.. Погиб, — и над страной рожденья Блеск новой славы воспалил!
Доспехи, кровию покрыты, Меча останок сжавша длань, Копье без древа, щит избитый, Грудь в ранах — вот отчизне дань!
Повсюду слезы, стон, смущенье; Собор старейшин и мужей Его свершают погребенье; Повсюду вопль: пал друг людей!
Вовек свята его могила, И род его цветет в честях; Героя имя — рати сила! Героя память — чуждых страх!
Он умер; — нет! — всяк видит, слышит Его, как бога, пред собой; Всё вкруг него бессмертьем дышит; Всё полно дел его хвалой!
Но если, покровен богами, Не пораженный брани сын, Ее кровавыми стезями Пройдет, победы властелин,
И лавры со цветами мира Рассыплет на родимый град, — О, где его достойна лира? Где мера почестей, наград?..
Совета муж среди собраний, Вождь, судия, супруг, отец, Душа благих предначинаний, Любовь признательных сердец;
Грядет — все старца окружают; Всяк ищет взорами его, Ему все место уступают; Он радость пиршества всего!
Кто здесь, кто доблести ревнует? Кто хощет славы и венцов? На брань! туда, где смерть бушует, Спеши, лети, рази врагов!..
II
Отколе нега, сон? — Когда Явим лице врагам?.. Бегите, скройтесь от стыда: Смеется ближний вам!
Вы миром льстились на земли!.. О братья! зрите вкруг: Война! война! — шумит вдали Опустошенья дух!
К мечам, друзья! — щиты вперед Против свистящих стрел! Без мести храбрый не умрет! Смерть храбрым не предел!
Какая слава, радость, честь За жен, за милых чад На брань кипяще сердце несть И погибать стократ!
Коль парки осудили нас, Падем в кровавый прах!.. Возвысим меч в последний раз: То будет мести взмах!
Да воспылает под щитом Отвагой ратна грудь; Упейтесь пылкости вином, Означьте карой путь!
Что в страхе? — Данной мне судьбой Черты не перейду! От племени богов герой Падет в свою чреду!
Как часто робкий, битв боясь, Не слышав свиста стрел, На миртах встретил грозный час, Когда забавы пел!
Он умер! — не понес к отцам Любви и слез людей, — Чем был он здесь, не скажет там! Там нет ему друзей!
Великий пал! — о, благ залог! О смерть, отдай его! Он слава наша! он наш бог В дни века своего!
Героев многих многий труд Один он совершил; В час бури дал совет и суд, Вождем и кровом был!
III
Не вы ль, потомки Геркулеса, Побед любимые сыны? Над вами взор и длань Зевеса; Вам отдан жребий злой войны!
Что вас, герои, устрашает? Презренны скопища врагов? К щитам! — туда, где брань пылает, Стремитесь в славный путь отцов!
Иль мир приятней вам постыдный, Милее рабство в лоне нег? Нет! — воин знает дальновидный, Что смерть надежней, чем побег!
Воспомним, что мы потеряли Тогда, как грудию одной Пошли, сразились, бои венчали И славу принесли домой?