ЦВЕТЫ{*}
Спешите в мой прохладный сад,
Поклонники прелестной Флоры!
Здесь всюду манит ваши взоры
Ее блистающий наряд.
Спешите красною весной
Набрать цветов как можно боле:
Усей цветами жизни поле!
Вот мудрости совет благой.
По вкусам, лицам и годам:
Цветы в саду своем имею:
Невинности даю лилею,
Мак сонный приторным мужьям,
Душистый ландыш полевой
Друзьям смиренным Лизы бедной,
Нарцис несчастливый и бледный —
Красавцам, занятым собой.
В тени фиалка притаясь,
Зовет к себе талант безвестный;
Любовник встретит мирт прелестный,
Спесь барскую надутый князь.
Дарю иную госпожу
Пучком увядших пустоцветов,
Дурманом многих из поэтов,
А божьим деревом ханжу.
К льстецам, прислужникам двора,
Несу подсолнечник с поклоном;
К временщику иду с пионом,
Который был в цвету вчера;
Злых вестовщиц и болтунов
Я колокольчиком встречаю;
В тени от взоров сокрываю
Для милой розу без шипов.
ГУСЬ {*}
(Басня)
В каштанах по уши, у барина в дому
Гусь жирный хвастался судьбой пред уткой дикой;
Он знаки щедростей, оказанных ему,
Считал своих заслуг наградой и отликой.
«И жалко, и смешно смотреть на эту опесь, —
Дикарки был ответ, — тут есть ошибка в счете;
Живем мы про себя, вы про других живете;
Мы кормимся, а вас откармливают здесь».
МУДРОСТЬ {*}
(Басня)
Когда бессмертные пернатых разобрали,
Юпитер взял орла, Венере горлиц дали,
А бдительный петух был Мудрости удел.
Но бдительность его осталась без удачи:
Нашли, что он имел некстати нрав горячий,
Что неуступчив он, криклив и слишком смел.
А пуще на него все жаловались боги,
Что сам он мало спит и спать им не дает.
Минерве от отца указ объявлен строгий,
Что должность петуха сова при ней займет.
Что ж можно заключить из этой были-сказки? —
Что мудрецу верней быть мудрым без огласки.
МОЛОТОК И ГВОЗДЬ{*}
— По милости твоей я весь насквозь расколот, —
Кирпич пенял гвоздю, — за что такая злость?
— За то, что в голову меня колотит молот, —
Сказал с досадой гвоздь.
ЯЗЫК И ЗУБЫ {*}
(Восточный аполог)
Один султан пенял седому визирю,
Что твердой стойкости он не имел во нраве.
«За недостаток сей судьбу благодарю!
Им удержался я и в почести и в славе, —
Сказал визирь ему, — и при дворе твоем
Средь частых перемен он был моим щитом.
Мне шестьдесят пять лет, — прибавил он с улыбкой, —
Из твердых тех зубов, которые имел,
Ты видишь — редкий уцелел;
Но все их пережил один язык мой гибкой».
МОИ ЖЕЛАНИЯ{*}
Пусть всё идет своим порядком
Иль беспорядком — всё равно!
На свете — в этом зданьи шатком —
Жить смирно значит жить умно.
Устройся ты как можно тише,
Чтоб зависти не разбудить;
Без нужды не взбирайся выше,
Чтоб после шеи не сломить.
Пусть будут во владеньи скромном
Цветник, при ручейке древа,
Алтарь любви в пределе темном,
Для дружбы стул, а много два;
За трапезой хлеб-соль простая,
С приправой ласк младой жены;
В подвале — гость с холмов Токая,
Душистый вестник старины.
Две-три картины не на славу;
Приют мечтанью — камелек
И, про домашнюю забаву,
Непозолоченный гудок;
Книг дюжина — хоть не в сафьяне,
Не рук, рассудка торжество,
И деньга лишняя в кармане
Про нищету и сиротство.
Вот всё, чего бы в скромну хату
От неба я просить дерзал;
Тогда б к хранителю-Пенату
С такой молитвою предстал:
«Я не прошу о благе новом;
Мое мне только сохрани,
И от злословца будь покровом,
И от глупца оборони».
ВОЛИ НЕ ДАВАЙ РУКАМ{*}
Воли не давай рукам! —
Говорили наши предки;
Изменяли тем словам
Лишь тогда, как стрелы метки
Посылали в грудь врагам.