Ты это, моя голубица,
Летишь по пустыне, как птица,
Как дым из кадила, быстра,
Ты это, мой друг и сестра!»
— «Скажите мне, дщери Сиона,
Видали вы одр Соломона?..
Окрест шестьдесят сторожей,
Израильских сильных мужей,
Мечом препоясавши бедра…
Весь одр из ливанского кедра,
И золотом, словно огнем,
Горит изголовье на нем.
Скажите мне, дщери Сиона,
Видали ли вы Соломона
В порфире под царским венцом?
Да?
Нечего видеть потом».
8
Хороша ты, хороша,
Всей души моей душа!..
Ты, сестра, ты, голубица,
Мне — восточная денница!..
Зубы — перлы; пряди кос
Мягче пуха резвых коз,
Что мелькают чутким стадом
Над скалистым Галаадом.
Очервлённые уста —
Алой розой красота;
Под лилейно-белой шеей,
Как под вешнею лилеей,
Горной серны близнецы,
Притаилися сосцы
В юном трепете… Нет мочи
Ждать тебя и темной ночи.
9
Сестра, всё сердце нам дотла
Сожгла ты оком чистым
И наши взоры привлекла
Ты девственным монистом,—
Но отчего же у тебя,
Всё наше сердце погубя,
Так рано перси зреют
И так уста алеют?
Ты на заре взошла цветком
И, ароматом вея,
Благоухаешь ты кругом,
Весенняя лилея!
Вот отчего так рано ты
Зажгла в нас страстные мечты,
Так рано нас прельстила взглядом
И выросла любимым садом,
Где ключ у нас запечатлен,
Где всё цветет: и нард с шафраном,
И кипарис, и кинамон,
Где зеленей, чем над Ливаном,
Вся леторосль…
Скорей, скорей
Прохладой утренней повей
В наш сад и с севера и с юга,
О ветер!.. Жду тебя, как друга…
10
«Отчего же ты не спишь?
Знать, ценна утрата,
Что в полуночную тишь
Всюду ищешь брата?»
— «Оттого, что он мне брат,
Дочери Шалима,
Что утрата из утрат
Тот, кем я любима.
Оттого, что здесь, у нас,
Резвых коз-лукавиц
По горам еще не пас
Ввек такой красавец;
Нет кудрей черней нигде;
Очи так и блещут,
Голубицами в воде
Синей влагой плещут.
Как заря, мой брат румян,
И стройней кумира…
На венце его слиян
С искрами сапфира
Солнца луч, и подарен
Тот венец невесте…»
— «Где же брат твой? Где же он?
Мы поищем вместе».
11
Все шестьдесят моих цариц
И восемьдесят с ними
Моих наложниц пали ниц
С поклонами немыми
Перед тобой, и всей толпой
Рабыни, вслед за ними,
Все пали ниц перед тобой
С поклонами немыми.
Зане одна ты на Сион
Восходишь, как денница,
И для тебя озолочён
Венец, моя царица!
Зане тебе одной мой стих,
Как смирна из фиала,
Благоухал из уст моих,
И песня прозвучала.
12
Словно пальма, величаво
Наклонила ты главу…
Но, сестра, поверь мне, право,
Я все финики сорву…
Все, хоть рвать пришлось бы с самой
Верхней ветки… верь мне — да!
Я сорву рукой упрямой
От запретного плода
Лучший грозд… В тревоге старой
Сердце… Где уста твои?..
Жажду!.. Брата жаркой чарой
Уст румяных напои.
13
«Ты — Сиона звезда, ты — денница денниц;
Пурпуровая вервь — твои губы;
Чище снега перловые зубы,
Как стада остриженных ягниц,
Двоеплодно с весны отягченных,
И дрожат у тебя смуглых персей сосцы,
Как у серны пугливой дрожат близнецы
С каждым шорохом яворов сонных».