Стихотворения

Затем, что вить совсем другое балагурить,
Другое — умствовать в стихах.
В издевошном письме, не мысля о вещах,
Касаются их вскользь: и воля бедокурить
Двойными рифмами, на свой, однако, страх,
Чтоб скуки через них не вышло удвоенья.
Под защищением словца
Проходят молнией пустые выраженья,
Полурисованны чертой изображенья,
Уподобленья без конца.
Таким-то тоном
Пиянствуя, Шапелль, поддержан Башомоном,
Описывал свой путь
В Шампанью.
Но должно тростие свое перевернуть,
Коль обратим его к учебному писанью.
Желает философ,
Чтоб столько весу, сколько слов,
Вмещалося в стихах простых и благородных,
С своим предлогом сходных.
Чтоб слог исполнен смысла тек,
От возглашения надменного далек;
Чтоб мыслей правильны все были переходы
И в полном виде их представлены доводы.

Но суд удобен всем: искусство тяжело.
Посудим-ка себя, нахмуривши чело.
Увы!.. я не сорвал без терний розу.
Мое достоинство — писать на рифмах прозу,
Без вображения, противу языка,
Всечасно падая под критикову лозу.
Осталось ли со мной сравненье виртуозу,
Пленяющему слух движением смычка?
Его художество прекрасно, благородно;
Мое — удобно всем и слуху неугодно.
Чтобы возвыситься, поэзия должна
Из живописи быть с музыкой сложена.
Достоин Ариост идти с Паизиеллом,
Но сельский скоморох достался мне уделом,
Который, на гудке заставлен поскрыпеть,
Мешает мужикам согласно песню спеть.

За чувствование, вселяющесь глубоко,
За полный мыслей слог, за живописно око,
За прелести ума и мастерство писать
Должна пиитов честь в веках не угасать;
Но не за то, что рифм обилие имели
И ими вещь облечь нестоющу умели.
В стихе изломанном мысль добрая падет,
Но стих есть только звук, когда в нем мысли нет.
Писать есть обще всем — писать, как мастер, редко.
Затем-то видим мы, что мелочи умов,
Каков Гораций был, суть прелестью веков;
Меж тем как книги в лист сжирает время едко
Иль оставляет жить для сраму их творцов.
Пишите, коим кисть дала природа в руки
И взор, чтоб облететь безмерной круг науки,
Пишите, не боясь, что зависть станет грызть, —
Восторги ваши вам успехов суть поруки,
Вселенной красота — для ваших черт корысть.

1783