Себя в благодатность нирван.
Ха-ха!
А зачем ей заботы?
И мне не нужон ни хрена
Под рёбра сующийся дротик
С общественным званьем Страна.
Ведь всё же рождён-то не здесь я,
Где люди друг друга грызут,
А там, где на кромочке леса
Пережидают грозу.
Светло там и пушки не стрелют
В приятную рожицу дня,
И какает прямо в постели
Безпамперсная малышня.
Рождённая кем-то и как-то,
Она не в ответе за то,
Что миру грозит катаракта
Под маской его золотой...
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»
А я опять живой,
Во сне летаю птицей,
И дым пороховой
Мне ни хрена не снится.
Сияют небеса
И звёзды переливом,
Алмазная роса
Загадочно стыдлива.
Над городом лечу,
Лечу над морем синем
К заветному ключу
В театр Буратино!
Я тоже скоморох,
Побитый той же молью,
И чем, скажите, плох
В труде я и в застолье?
И девушек люблю
И бабушек жалею,
И радуюсь шмелю,
Не жалуя злодеев!
Ну вот, опять не то,
Опять споткнулось лето
И вертолёт винтом,
И пламя по рассвету.
Трещат в огне сердца,
Товарищей не стало,
Ключи лежат в ларцах,
И слёзы у вокзала.
Я с ними в унисон,
Я жив наполовину,
Какой тут, к чёрту, сон,
Какие Буратино…
«»»»»»»»»»
Умер человек хороший,
Давший искорку добра
Обществу людей и кошек
У вселенского костра.
Не сектант и не толстовец,
Не маньяк и не садист,
Был он ярым острословом,
Но не лип, как банный лист,
С обязательной насмешкой
К неудачнику в делах,
Если проходною пешкой
Тот не стал, увы и ах.
Выпал человек хороший
За пороги бытия –
Незаметнейший из сошек
Тех же самых, что и я.
Безмятежное пространство
И суглинная земля
Примут дух его без чванства,
Равнодушием пыля.
Не могу за всех ответить,
Сам скажу не сгоряча:
Хорошо, что у поэта
Были шутки мягче света
И теплее, чем рассветы
У холодного плеча...
«»»»»»»»»»»»»»
Вдаль глядящее население
Упирается в воскресение,
Отдыхает по мере сил
Как упившийся альгвасил
Не в таверне, а на природе –
Жёстко вроде и мягко вроде...
Киллер смазывает машинку,
Сластолюбец гнетёт ширинку,
Дева юная принца ждёт
У кастрированных ворот,
То-есть в тёмной подъездной нише –
Дождь не в дождь, над любовью крыша...
Завтра скучится понедельник,
Но об этом уже отдельно,
А пока бабье лето льёт
Над рябинами антидот,
Сберегая листву и кисти
От холодных ветров-садистов...
Сколько света и сколько вымысла
День воскресный настроил-вымостил,
Убегая куда-то вдаль
За республику Трансвааль,
За эпоху, что до Веспуччи
Не сгущала над Киром тучи;
За Христа и кресты у Газы,
За смертельный бросок спецназа...
Впрочем, что это я плету,
Сея образы в пустоту –
Население, между прочим,
Жить желает в спокойной ночи...
Ххххххххххххххххххххххх
Сознание вздрючив до степени пятой,
Вторую бутылку держу на подхвате,
Пытаясь извлечь непосредственность истин
Не только в ходьбе по порогам нечистых.
Такое, брат, дело, когда опечален
Своим неудовлетворённым началом,
Хрипатым воздействием друга-соседа,
Юриста бомжового и правоведа!
Сто десять инстанций паркетного глянца
По сизым носам и по жгучим румянцам,
Сто подписей на любопытных бумажках
И масса конвертов – детишкам на кашку!
Пришибленной истине своды законов,
Что мне развалиться по центру газона
И ждать, когда мент демократором тронет
Меня и жиреющего Аполлона.
Нет-нет, не запил я, пары выпускаю,
Петрушкою выполз на сцену Ла-Скала,
Хриплю одуревшим от жизни солистом,
В овациях зала не чувствуя истин…
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
© Copyright: Игорь Белкин, 2011
Свидетельство о публикации №111082902265
Хранилище 17. Стихи о любви
Игорь Белкин
Вам не понять мои печали,
Мои тревоги не понять,
И Вы мне встреч не назначали
В ладонях замершего дня.
Я Вам случайность и попутчик,
Вы мне случайность и беда,
И было бы гораздо лучше
Мне Вас не видеть никогда;
Не тосковать о несвершённом,
Не замирать, когда по мне
Скользнёте взглядом отрешённым
Вы – словно отсвет по стене!
Нет, я не трус и не бездарность,
И не занудливый сверчок,
И пусть идущий рядом парень
Хозяйски нежит Вам плечо.
Он Ваш герой и Ваш советчик,
А я никто по-существу,
Но мне от этого не легче,
Я Вас ревную наяву...
«»»»»»»»»»»»»»»»»»
Назови меня красивым – не обижусь,
Назови меня весёлым – рассмеюсь!..
День скользит по склонам гор на мягких лыжах, Синий вечер обволакивает Русь.
Это здесь, а запад в солнце под завязку,
Это здесь, а на востоке тьма царит...
Расскажи мне, если хочешь, на ночь сказку,
Распушённую, как в холод снегири.
Будет грустно – я на сказку не обижусь,
Будет весело – потешимся вдвоём!
Посмотри, какой закат сегодня рыжий,
Облака не отливают серебром.
Это здесь, где нам с тобой дано любиться,
Это здесь, где сыновей растить дано!
Вот и сумрак вполз нахохлившейся птицей
к нам в открытое для всех ветров окно...
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
Как странен мир полуденного солнца,
настоянный на травах и любви,
и я в него безудержным гасконцем
врываюсь, хоть зови, хоть не зови!
Несчастен тот, в ком кровь не горячится,
счастливец тот, в ком бьёт она ключом,
выплескивая чувства за ресницы
безумственным лирическим огнём!
И я безумен...
не пугайся очень,
лицо не отворачивай, прошу,
любой костёр у жизни не бессрочен
и я д,Артаньяном отгрешу!
Ну, а пока бубенчиком над лугом
звенит твой голос в суете мирской
и я тебе услугой за услугу --
ты мне любовь, а я навеки твой!
Опять дергач у кромки поля
(научно если – коростель)
Скрипит смычком по канифоли
Иль старой жестью об метель.
Вчера таким же точно криком
Он нервно дёргал тишину
За безответственные блики
От звёзд, стекающих в луну.
Всему своё, как говорится,
Кому кричать, кому молчать...
Я не тревожу эту птицу,
Не рву винтовочку с плеча.
Мелкокалиберная штука,
Игрушка для стрельбы в мишень,
Она живому что базука,
А не пустая дребедень...
Всё, философию по боку!
Ты извини меня, дергач,
Тебе молчанье лыком в строку,
А мне что к молоку калач.
К опушке вывалясь неспешно,
Спиной облагородив тень,
Начну расстреливать безгрешный
Весь в щупальцах дубовый пень.
Замолкнет лес, истают звуки,
Свинец расплещется у пня,
Отдача выхлестнет «Разлуку»,
Заполонившую меня...
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
Берёза белая пророчит
Шуршаньем девственных ветвей:
Не удалить цветные ночи
Из глупой памяти моей!
А я согласен на виденья,
Танцующие в снах моих,
На сожаленья и томленья –
Жизнь пресной кажется без них!
И пусть подушка будет комом,
А одеяло жестяным –
Ты на руках моих весома,
Хоть и растаяла, как дым.
Был я мальчишески нескромен
И ты смущалась за окном...
Берёза белая, ты помнишь,
Как время выжгло этот дом;
Звенели клавиши ступеней
И ксилофонили полы,
А вслед за НЕЙ тянулись тени
И возвращались вновь в углы...
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»
За цельность чувства не ручаюсь
И отторгаюсь от него,
Неся две жизни за плечами