В мозгу гвоздём: я не люблю тебя.
В плечах вопрос: а отчего бы это?
Другие чёрт те что вокруг столбят,
А им любовь авоськой и в пакетах!
Иду за стол. Но не в пивную, нет!
За грубый стол, оставшийся от деда.
Дед был мудрец, он мог бы дать совет,
Да прах его изъеден бересклетом.
Он где-то там, в одной из тех могил,
Что вроде общежитья для солдата,
А я со строчкой мучаюсь, дебил,
Любовь пытаясь выжать из собрата...
«»»»»»»»»»»»»»
Поскрипывает Смерть:
Ты прыть свою умерь,
И не дразни гусей,
Похоронив друзей!
А я и не дразню,
Оставьте болтовню,
Друзья самосожглись,
Подпитывая жизнь.
Был жар от них такой,
Что не коснись рукой,
Жаль, у шальных огней
В запасе меньше дней.
И тысячи тревог
Не сбили бы их с ног,
Но порвала сердца
Неистовость свинца.
Стреляли...
В том краю
Им стопку не нальют,
А здесь им всё равно,
Кто пьёт за них вино...
Что прыть моя, что – прыть?..
Друзьям бы жить и жить,
Чтоб перелить в меня
Хотя бы часть огня...
«»»»»»»»»»»»»»»
Я сочинил сегодня стих
О том, что солнце пало с неба
В большую кучу ширпотреба,
В людскую, господи прости.
Я сочинял ещё о том,
Что скрыло вязкой небылицей
Посмертно съёженные лица
И чувств немой металлолом.
Я мог ещё бы ковырять
Метафорическую массу,
Но время рядовым запаса
Поднять велело якоря.
Мой броненосец устарел –
Мишень для скорострельных пушек,
Но я ему как винтик нужен
В его тактической игре.
Торпеда...
Палуба торчком...
Кого-то крабам на кормёжку,
Кого-то соскребали ложкой,
А мне без ног – в металлолом.
Зато опять пишу стихи
О человечьем ширпотребе,
А мир, почёсывая репу,
Чтить не желает чепухи...
«»»»»»»»»»»»»»»
Мчится поезд мимо просек
Из весны по лету в осень,
И постукивают стыки
Однозначно и безлико.
Лист кленовый парашютом
Прилепился на минуту
На стекло в моём вагоне –
Слепок с праведной ладони.
Но на первой остановке
Соскользнул с него неловко,
Сгинул там, где снизу шпалы
Серым мохом обметало.
Ах, ты, красочное лето,
Сто репейников в кювете,
Сто дождей одной стеною,
Что ты делаешь со мною?
Ничего оно не слышит,
Увлекает поезд в нишу,
Где задумчивая осень
Отражает звёзды в росах...
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
Облокотилось солнце на сосну,
К ветвям прилипло.
День морозный вязок,
Туман холодный тянется к окну,
На стёклах нарезая метастазы.
Букет из пальм.
Ещё один букет.
Сплошные джунгли, хоть бери мачете
И вырубай во времени просвет –
Тропу для заблудившегося света...
А можно полусумрак разогнать,
Кричать: люблю! и выбежать наружу...
Но, боже мой, я стоик и стагнат,
Устойчивой морали мне не рушить!
Не выбегу, останусь за окном,
Семейный быт не взбудоражу вздором,
И буду сердце согревать вином,
Вид на декабрь задёргивая шторой...
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
...овражком стекало
в подойник рассвета
молочно-туманное лето,
последние грозы ворчали устало,
туман нарезая в брикеты.
Брикет на запруду,
на омут бездонный,
брикет в камышовую заводь,
где сонный
мальчишка карасиков удит
и плещутся утки-купавы.
Свистящее время росистую осень
на медленный вальс приглашало
и кутали в снежные шали
у просек
берёзы отцветшие косы.
Вы знаете, это моё представленье,
я главный герой, а не зритель,
и жаль, что мгновенья –
смотрите, смотрите! –
Истаяли где-то в зените.
Остался туман
и рассветная сырость,
гусей караван
на полотнище неба,
берёзовый лист, пометавшийся слепо,
и павший мне в руки из прошлого мира...
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
Поцвинькайте, синицы, за окном,
Я рад, приобретя путёвку в осень,
Услышать перехлёст разноголосий
На розовом, багряном, золотом!
Расслаблен и ленив субботний день
Без дальнего прицела на суетность,
Штрихи забот легки и незаметны
Ни мне, ни вам, усеявшим сирень.
Приятен миг рождения стиха,
Когда глубины сердца или неба
Ласкает первородный птичий щебет
Без переосмысления греха.
Есть ощущенье жизни – не фантом,
Не зомби я в ладонях мирозданья,
А человек, имеющий желанья...
Поцвинькайте, синицы, за окном!
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
Прямолинейность солнечных лучей
Дана не для нанизыванья жизней
На грубые булавки палачей
Во времена духовных катаклизмов.
Сжигали ведьм на медленных кострах,
На гильотинах головы срубали...
А я иной эпохою пропах
С чудовищною верой в пасторали!
Там было всё, что надобно душе
Кричащей или выгоревшей молча
Под звучные газетные клише,
Где каждый лозунг праведно игольчат.
Я повторюсь бездумным какаду:
Сейчас не та, сейчас не та эпоха!
И в личное спокойствие уйду,
Нырнув поглубже, словно утка-крохаль.
Устал, устал я вывернутым жить,
Выплескивая сердце на матрасик,
Где люди, куражи и витражи
Слились в одну пластическую массу...
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
Гляжу в пространство, там созвездья скачут
Быстрее, чем секунды у часов,
И разве мне на всероссийской кляче
Догнать Орла и тройку Гончих Псов?
Да никогда!
С моим менталитетом,
С моим желаньем зайцем оседлать
Запятки у общественной кареты
Иль на халяву выпить литров пять???
Какой пассаж!
Деревню истребили,
Мустангов извели на колбасу,
А всё равно из рога изобилий
То истекает, что я сам нассу.
Прошу простить за искреннее слово,
Оно правдиво, ибо сам живу
Не дачником у берега чужого,
А при своей России наплаву...
Гляжу в пространство, где созвездья скачут,
Путь Млечный изливается рекой...
Наверное, там всё у них иначе,
Наверное, менталитет другой.
На ближнего никто не точит шашку,
Патрон не оснащается пыжом,
Сосед соседу не стреляет в ляжку
За то, что он купил себе «Пежо»...
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
Кривясь крылом, просчитывая влёт
Восход один, потом другой восход,
Летит романтик над страною грёз,
Себя не увлекая под откос.
Озлобленному жизнью не помочь,
Надеющимся свет не обесточь,
Влюблённому дорогу не засти! –
И сколько аксиом ещё в пути...
Добро и зло размешаны в одном
Флаконе...
Он романтику знаком,
Ему любое резкое ребро
Дано перезатачивать в добро.
А я не тот, я всё храню в себе,
Хриплю вороной на печной трубе,
И потому обочины дорог
Приветствуют меня: ты наш, сынок!..
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»
Приглушая арбитраж сорочий,
Луч закатный пробежал по клёнам,
Не калёный,
А уставший очень
На пороге у прохладной ночи.
Бабье лето календарно сникло,
Треугольник журавлей в полёте –
У природы замкнутые циклы
И сейчас и в Оно Геродота.
Травы снегом белым подкосило,
Слишком рано холода настали...
Я заложник у тебя, Россия,
Журавлёнок из летящей стаи!
Пересечь простор земной несложно,
Да тревожно
Что-то сердце бьётся –
Проще в жизни быть канатоходцем,
Чем в Эдеме
На далёких тропах
Вычесть время
И сорваться в пропасть...
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
Стихи мои для многих устарели,
Наверное, в них очень много прели
И горечи за битые дороги,
Уложенные в Русь не по эклоге.
Я их прошёл любя, надеясь, веруя,