а боль тревог, не познанных тобою,
я заглушу в себе твоим покоем...
Поговори со мной о неземном!
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
Любовь, не совершившая броска
В день завтрашний, клокочет у виска
Не голубою жилкой всепрощенья,
А нетерпеньем нового явленья,
Пришедшего на цыпочках былого
В день нынешний, крутящийся юлою.
А, может быть, бросок был завершён
По полному согласию сторон,
И чёткий след у полосы прибоя
Мы не запараллелили с тобою
Из-за воздействий некой высшей силы,
Растёршей «лЮбим» в порошок «любили»?
Как странен мир, плывущий в Никуда!..
На станции грохочут поезда,
Пронзают чайки кожицу у моря,
Бросает солнце тысячи калорий
На Землю невесомыми брусками,
А ты другого греешь и ласкаешь…
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
Я спросил: чего ты хочешь?
Ты сказала: быть в аду!
Быть сожжённой этой ночью
На твою-мою беду!
Вспыхнуть пламенем заката,
Вспыхнуть зорькой поутру
И растаять виновато
Лёгкой дымкой на ветру.
Я была и я исчезла,
Я была и нет меня,
Безо всякого протеста,
Не надеясь, не кляня,
Не рождая в сердце жалость,
Не пьяня тебя собой,
Чтоб я в жизни не металась,
Как по валунам прибой!
Я спросил: чего ты хочешь?
Ты сказала: быть в аду!
Быть весёлым и порочным
Диким пасынком в саду!
Топором меня под корень,
В печь по плечики меня –
Уплыву я дымом к морю
И осяду на камнях.
На зелёных чёрной сажей,
Серым пеплом на гранит,
Пусть волна меня размажет,
Ничего не сохранит!
Я спросил: чего ты хочешь?
Промолчала ты в ответ
И ушла…часы стрекочут,
А тебя всё нет и нет,
И, наверное, не будет…
Боже, как я бестолков!..
И никто меня не судит,
Кроме собственных стихов…
“””””””””””
© Copyright: Игорь Белкин, 2008
Свидетельство о публикации №108092800749
Хранилище 40
Игорь Белкин
Затянуло тело хворью,
резь в глазах и дрожь в руке;
завари-ка, батя, хвою
в закопчённом котелке!
Нет, не хочется ватрушки,
мне бы сахара кусок
тот, что ты привёз в теплушке,
возвращаясь на восток.
И тебя годины метят,
не встречают калачом,
поплутал по белу свету
ты с винтовкой за плечом;
повидал врагов немало
через снайперский прицел,
пули смертоносным жалом
ставя точку на лице...
Танец радуг по июлю,
раз притоп и два прихлоп...
Тело хворью затянуло --
малярия и озноб;
хина – это понаслышке,
ёлки – около села,
мёрзнет градусник под мышкой,
губы сухость обмела...
Завари-ка, батя, хвою,
затопи-ка, мама, печь,
я укроюсь с головою,
чтобы прошлое сберечь;
свистнет птаха за стрехою,
постучит рассвет в окно...
Эх ты, времечко лихое,
я живу -- вас нет давно!
«»»»»»»»»»»»»»»»
Не колодезный журавль на оси
и не иволга в лесу голосит –
это письмами играет сквозняк,
оккупировав дырявый чердак.
Медью красною окован вокруг,
там прабабкин деревянный сундук
грустно старится да из году в год
и внучонков любопытных не ждёт.
Им, внучатам, на свету бытия
никакого дела нет до старья,
лики марок на конвертах давно
напитались в темноте желтизной.
Сожалею, я не филателист,
а не то бы марки – в кляссерный лист,
чтоб показывать друзьям раритет
из прабабкиных девических лет.
Там и фото – жёсткий серый картон --
дед усатый и его эскадрон,
то ли белый, то ли красный казак,
и на шашке потемневший темляк.
Как всё это далеко от меня!
Вездесущ и беспристрастен сквозняк,
отшуршит он, и завалится дом
с неразобранным никем сундуком...
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
Расскажи мне, расскажи
О речных водоворотах
Под обрывом, где стрижи
Строят-роют норы-соты;
О звенящей тишине
Над июльским медосбором,
Недоступной нынче мне,
Ибо я уехал в город
И безвылазно живу
В твердокаменном строенье,
Исключая рандеву
С местной чахлою сиренью.
Объясни, не затаясь,
Не лукавь, не фантазируй,
Почему теряем связь
Мы с родным до боли миром?
Пересыщенный свинцом,
Смогом, жизнью непростою,
Я забыл, как пасть лицом
В грудь ромашковых настоев
И безмолвье воспевать,
Холодить росою пятки,
И девицу, словно тать,
На ночь умыкать в палатку.
Не ругайся, я шучу!
За дождливой пеленою
Время не зажжёт свечу,
Не в ладах оно со мною.
За окном гудят ветра,
А сирень скучна без мая
И картошкой из костра
Я давно не обжигаюсь!
Отражают витражи
Гамму чувств и непокоя,
Словно просят: расскажи,
Небо – это что такое???
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
Нет, мне не брякалось на лире
Для ослабленья тьмы ночной.
И нетерпимость балансира
Уравновешена не мной;
Не мной отмечены прощанья
Мелком на грифельной доске,
И не швырялся овощами
Я в кучера на облучке.
Какая помесь нигилизма
С циничной заготовкой впрок,
Какое равнодушье к жизни,
Определившей смертный срок!
Чужое горе мне не горе,
Печаль чужая не печаль,
В душе сто тысяч аллегорий
Таились молча, не звуча...
Что голосить, теряя силы,
Грести неведомо куда?..
Стальное царство некрофилов
Размыла вешняя вода.
Сейчас присяду деловито
За стол прадедовских времён:
Пиши, пиши, отважный витязь,
Под колокольный перезвон!
Пишу.
Бородка отрастает.
Макушку выедает плешь,
А у штурвала волчья стая
И снова время без надежд.
Зашорен мир, опять зашорен,
Не видит он деленья на
Шахтёра в силикозе штолен,
Банкира с чревом кабана.
Молчи, дурак, какое дело
Тебе до смертности в аду
И оттого, что переелось
Другим рагу из какаду?
Глуши свои протуберанцы,
Не бейся в стену головой,
Слагай романсы, оды, стансы,
Живи, мой друг, пока живой!
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
Переживаю, переживаю
За молчаливое пианино,
За то, что оторопь неживая
Вмешалась в исповедь Паганини,
И льются строки стопой бездушной,
И рвутся струны от бездорожий,
От музыканта парфюм сивушный,
А по поэту дробинки дрожи...
Переживаю, переживаю
За тело, врезанное в эпоху
И в землю вбитое, словно свая,
Последним вдохом, натужным вздохом!
Ему бы жить и не ждать подачек,
Быть помоторнее, чем растение,
Иначе снова придёт ИНАЧЕ
И выест целое поколение...
Переживаю, переживаю!
Строка кричит, и струна не терпит,
Усталость сковывает браваду,
Сознанье мучает виночерпий;
И молоточки у пианино
Покрылись мхом и пивною пеной,
И сплюнул в сторону Паганини,
Непобеждённым уйдя со сцены...
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
Друзья мои, позвольте вам признаться,
Мир тесен для дарующих тепло,
Но в результате разных провокаций
Пути-дороги к братству замело!
Что ВЫ и Я в безмерности Вселенной?—
Нейронные трагичные пучки
В цепочке эволюций многозвенных,
По времени свершающих броски.
Как много в нас и доброго и злого,
Как мы не любим ближнего порой
За действия, за прихоти, за слово,
За фабулу, где трус он, не герой!
И забываем, что мы сами тоже
Участники одной и той игры,
И в нас навек вштампована похожесть,
Будь лидер ты иль павший за обрыв!
«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
Упал, отжался, вынырнул из грязи,
Смахнул с лица горько-солёный пот:
По жизни погулял я, словно Разин,