Нет, нет, лишь тот певец, кто музам в дар несет
Беспечный пылкий дух, свободный от забот.
О дщери юные суровой Мнемозины!
Дубравы мирные и мирные долины,
Спокойствие полей, ручья пустынный глас
И сердце без страстей — одни пленяют вас.
И мне ли петь, друзья, с душою угнетненной.
Но ты с младенчества от Феба вдохновенный,
Ты верный жрец его, весны певец младой,
Стремись к бессмертию; пой, юный Томсон, пой!
Пой, Дмитрий! твой венец — зеленый лавр с оливой;
Любимец сельских муз и друг мечты игривой,
С душой безоблачной, беспечен как дитя,
Дни юности златой проходишь ты шутя;
Воспой же времена, круговращенье года,
Тебя зовет Парнас, тебя внушит природа!
Но друга твоего оставил прежний жар,
Исчез, как легкий сон, высоких песней дар;
И ах! навек унес могущий грусти гений.
И чашу радостей, и чашу вдохновений.
О, если б глас царя призвал нас в грозный бой!
О, если б он велел, чтоб русский меч стальной,
Спаситель слабых царств, надежда, страх вселенной,
Отмстил за горести Эллады угнетенной!
Тогда бы грудью став средь доблестных бойцов,
За греков мщенье, честь и веру праотцов,
Я ожил бы еще расцветшею душою
И, снова подружась с каменою благою,
На лире сладостной, в объятиях друзей
Я пел бы старину и битвы древних дней.
2. НОВГРАД
Средь опустенья и развалин,
Над быстрой волховской струей,
Лежит он мрачен и печален,
К земле приникнув головой.
Обнажены власы седые;
Совлечены с могущих плеч
Доспехи грозные, стальные,
И сокрушен булатный меч;
Широкий щит, разбитый в брани,
Вдали лежит среди полей,
И на бросавшей молньи длани
Гремит бесславие цепей.
Тебя ли зрю, любимец славы?
Веков минувших мощный сын,
Племен властитель величавый,
России древний исполин?
Ах, не таков в минувши годы
Являлся ты своим врагам!
Тогда покорные народы
Носили дань к твоим стопам;
Ты средь толпы сынов стоял
И твой венец из мшистых башен
Чело свободное венчал.
3. ПОСЛАНИЕ К ДРУГУ
О друг мой, ты пойдешь на край земли со мною,
К пределам Азии, где бурные моря
Всечасно бьют о брег шумящею волною,
Где часто в небесах полнощная заря
Дрожащий блеск свой простирает,
Где вихря глас не умолкает,
Где вечный снег в полях лежит
И бедный самоед с пернатыми стрелами
За ланью робкою, за дикими волками
С веселой песнию летит.
Со мной ты преплывешь и бездны океана,
Пойдешь в страну исчезнувших чудес,
Где спит в безмолвии Ливии степь песчана
И пламенный самум — дыхание небес;
Где змей в пустыне обитает,
Где слышен гидры свист в полях;
Лев дебри ревом оглашает
И тигр скрывается в кустах.
Но сердцу твоему не нужно исытанье,
Не нужно нам на край земли лететь, —
У друга твоего одно, одно желанье:
В отечестве спокойно умереть.
Под кровлею моей драгого нет убора,
Здесь роскошь не блестит,
Ничто не привлекает взора
И к неге не манит.
Нет у меня столбов, из яшмы иссеченных,
Нет у меня парчи златой,
Нет редких янтарей, нет камней драгоценных...
На что они? Не им сопутствует покой.
Египт не шлет сюда кораллов,
Китай фарфора не дарит,
Британец не несет ко мне златых бокалов,
Токай в кристалле не кипит.
Но здесь сады, поросшие травою,
Но здесь река, кристальный светлый пруд,
И ручейки извивистой стезею
С холмов, журча, по камушкам падут;
Вкруг дома липовые рощи,
Куда не проницал палящий солнца свет,
Где всякий час хор птиц поет,
И соловей во время нощи
Лиет повсюду светлый глас,
Доколе не придет веселый утра час.
Когда пылает полдень знойный
И свод небесный раскален,
Тогда вкусим мы сон спокойный,
Где ильм и ель, широколистый клен,
И древний дуб, сплетаяся ветвями,
Склонят свою главу и зашумят над нами.
Приди сюда, вернейший из друзей,
Под кров уединенный; Приди сюда, приди скорей!
Мы дружбе здесь воздвигнем храм священный
И музам в честь алтарь простой.
Они нас в грусти утешали;
Их песни тяжкого Сатурна окрыляли;
Мы будем им служить признательной душой.
Ты не страшись забот; поверь, благие боги
Наш мирный кров от них освободят;
Они летят в богатые чертоги,
Но нас, мой друг, не посетят.
Жилище их — где яхонты сияют,
И в злате и в парчах
Где жадные льстецы толпами поспешают
Пред божеством своим склонить главу во прах.
Но бледный их кумир, терзаемый тоскою,
Средь блеска роскоши добыча злых забот,
Теперь смеется пред толпою;
Толпа рассеялась — счастливец слезы льет.
А мы — друзья уединенья —
Спокойно будем жить,
И каждый миг нам будет наслажденья
И радости живейшие дарить.
Как быстро с гор стремятся воды,
Так быстро плетят для нас крылаты годы;
И мы, счастливые, забыты от других,
Как два ручья в муравчатой долине,
Мы будем течь к морям, к кончине,
Без шума, без валов седых.