— Послушай, Роза, что касается той ночи, — тио начинает он, — э-э… я сглупил. Мне не стоило сюда приходить.
— Ох… верно.
— И Дэйзи не стоит об этом знать, — говорит он. — Думаю, она посчитает это… неуместным.
По любому.
— Почему она тебе нравится? — ладно, это не самый лучший вопрос, и он вовсе не обязан мне отвечать. Но я просто не понимаю, что мог такого рассмотреть парень, подобный Скорпиусу, в женщине на десять лет старше его, которая кажется еще той чудачкой со своими прямыми светлыми волосами, словно их неоднократно выпрямляли утюжком.
— Роза, — вздыхает Скорпиус, — нам правда, надо это обсуждать сейчас?
— Нет, — отвечаю я, — мне просто… интересно.
Я поднимаюсь и ухожу на кухню, чтобы разрушить ту атмосферу неловкости, что повисла после моих слов. Мы никогда не говорим о Дэйзи. Мне просто кажется, что если я буду игнорировать тот факт, что они муж и жена, я смогу притвориться, что она просто слишком уж услужливый квартирант в его квартире. К сожалению, Скорпиус отправляется на кухню за мной следом.
— Наверное, она самый добрый человек, которого я встречал в своей жизни, — говорит он мне. Мне стоит огромного труда сдержать саркастический смешок. — Она очень беспокоится о посторонних людях, — ага, особенно о том, как украсть у меня моего же ребенка. — И благодаря ей я смог многое… пережить.
— Что именно? — спрашиваю я, внезапно ощущая потребность защищаться. — Почему я не могла тебе помочь?
— Роза, в тебе и было все дело.
Ох. Вот значит как… дело.
— Мы были хорошими друзьями — я и Дэйзи, — продолжает Скорпиус. Хотя я даже не прошу его продолжать. — А когда мы с тобой расстались…
— В который раз?
— Во все разы, — признается он, — она выслушивала меня. И помогала находить силы двигаться дальше.
Да уж, держу пари, она помогала. Неудивительно, что она так сильно меня ненавидит. Я ужасная стерва, которая разбила сердце Скорпиусу и изменила ему с каким-то посторонним мудаком. Или как-то так.
— Роза, мы встречались до поездки в Америку, — говорит он мне.
— Что?! — вырывается у меня непроизвольно. — Вы встречались с Дэйзи до поездки? И как долго?
— Не знаю, — бормочет он, — пару месяцев.
— Пару месяцев?! — переспрашиваю я пискляво. Господи, что с моим голосом? — Почему ты мне ничего не сказал?
— Потому что, честно говоря, это тебя не касалось! — восклицает он. — И прежде чем ты начнешь говорить что-то об Эйдане и о том, что ты мать моего ребенка, у меня вообще-то тоже есть личная жизнь, понимаешь? И это вовсе не значит, что ты можешь вертеть мной, как тем мужиком, с которым ты ушла в канун Нового года!
— Ничего не было! — кричу я. — И я думала, что мы друзья. Друзья делятся друг с другом подобным!
Тишина. Он не знает, что на это сказать. Я тоже не знаю, как на это ответить. Мне было гораздо легче, когда я думала, что Дэйзи была просто сотрудницей, на которой Скорпиус решил жениться, потому что он такой идиот. Но тот факт, что она была его девушкой и действительно ему нравится… меня это убивает.
— Она тебе и правда нравится? — спрашиваю я.
— Роза, я женился на ней, — вздыхает он.
— Твоему отцу она не нравится, — немного по-детски заявляю я.
— Моему отцу никто не нравится, — отвечает он.
— Ему нравится твоя мать, — возражаю я. — Так что кто-то ему все же нравится.
— Верно, — смеется Скорпиус, — в этом случае ему нравится один-единственный человек.
— А еще я уверена, что он любит тебя, — говорю я. — И он, кажется, любит Эйдана.
— Ладно, он не любит никого, кроме членов своей семьи, — говорит он. — Так к чему ты клонишь?
— Не знаю, я запуталась.
Скорпиус качает головой. Меня одолевает странное желание: поддаться искушению и принять предложение Драко Малфоя, чтобы совместными усилиями избавиться от Дэйзи, но пока мне еще рано так низко падать. Кроме того, я практически уверена, что Драко посещает собрания Анонимных адептов Зла, и он легко может сорваться.
— Что это? — спрашивает Скорпиус поднимая со стола брошюру. — Расширенный курс зельеварения?
— Ох, ничего важного! — быстро отзываюсь я, выхватывая брошюру из рук Скорпиуса. — Это мне дал целитель, ну, о проведении вечерних курсов… глупости какие.
— Собираешься пойти? — серьезно спрашивает он.
— Нет.
— Но почему?
— Потому что… — я разочаровано вздыхаю. — У меня нет на это времени: работа, Эйдан и так далее.
Раздражение явно читается на его лице.
— Роза, решайся. Я могу присматривать за Эйданом, да вся твоя семья может за ним присматривать, даже эта сумасшедшая маггла, и та способна присмотреть за ним на пару часов, случись такая необходимость! — думаю, я должна оказаться на пороге смерти, чтобы додуматься оставить Эйдана с миссис МакГиннес. — Ты всегда была лучшей в зельях.
— Не совсем, — бормочу я.
— Да, была. Ты пойдешь, — говорит он.
— Нет, не пойду.
— Роза, ради Мерлина! — говорит он, практически крича. — Ты постоянно жалуешься, какая же у тебя дерьмовая жизнь, но когда появляется шанс что-то изменить, ты просто сбегаешь, потому что чертовски боишься не справиться! — и почему у меня такое чувство, что он сейчас говорит вовсе не о вечерних занятиях? — Я всегда считал, что ты истинная гриффиндорка! Думал, что ты смелая!
— Я не могу этого сделать! — возражаю я. — Ну какой в этом смысл?
— Смысл в том, что ты будешь заниматься тем, что тебе хочется, — говорит он мне. — Ты будешь делать что-то для себя, и перемены не заставят ждать, — подмечает он важную деталь. — А еще, может быть, ты перестанешь пытаться всех задеть и не будешь никого злить, — и затем он заходит так далеко, как никогда до этого. — Я сейчас уйду, потому что у меня просто руки чешутся тебя прибить. У тебя лучше всех получается доводить меня до бешенства, Уизли.
Он уходит в сторону комнаты Эйдана, чтобы попрощаться с ним, а затем просто аппарирует. Я беру брошюру, переворачиваю и начинаю заполнять форму для участия в вечерних курсах.
========== 12. Компромисс ==========
— Это настолько чертовски предсказуемо, Дженни, — негодует Дом. — И почему Ал не может жениться на нормальной девушке?
— Тетя Дом сказала запрещенное слово! — хихикает Ремус.
— Мама, Дом сказала запрещенное слово! — говорит мне Эйдан, словно я могла не услышать ее.
— Ох, попридержите подгузники, — огрызается Дом. Она всегда такая заботливая, наша Дом.
— Мы не носим подгузники! — жалуется Эйдан. — Мы не малыши!
Дом сегодня присматривает за Ремусом по просьбе Виктуар. Поэтому мы все расположились в доме Дженни, помогая ей с планированием свадьбы, до которой осталось каких-то четыре недели. Я единственная, кто знает о ее беременности, поэтому остальным любопытно, с чем же связана подобная спешка. Лили и сестра Дженни Джиллиан тоже здесь и с огромным любопытством наблюдают за Дом, пытающейся сладить с детворой. Дом никогда не интересовали свадьбы, если не брать в расчёт свадьбу Виктуар, но, как правило, она никогда не упускает шанс побыть вместе с родней.
Тем не менее, планы Дженни на девичник приводят ее просто в бешенство.
— Думаю, что выходные на природе были бы действительно удачным решением! — говорит Дженни. — У нас прекрасный коттедж, в котором мы могли бы остановиться, там есть солярий и все такое…
— Девичник — это не солярий и коттедж, а стриптизеры и текила! — утверждает Дом, и я должна признать, что резон в ее словах есть. Хотя стриптизеры и текила, вероятно, не сильно подходят беременной невесте.
— А что такое текила? — спрашивает Ремус.
— Это нечто наподобие оружия у магглов, — поясняет ему Эйдан. И я даже не пытаюсь его поправить. Кажется, этим двоим и так весело — они сидят за столом и раскрашивают свадебные платья в каталоге в черный цвет.
— Дженни, — взвешенно произносит Дом, — ну, сама подумай. Это твой последний шанс оттянуться на полную катушку. Ты правда хочешь провести свои последние дни свободы в каком-то дурацком коттедже?