БАМ!
Я подпрыгиваю от очень громкого звука из кухни и слышу, как наверху открывается дверь ванной.
— Что это было? — вопит Дженни. А затем я слышу, как девочки перехватывают ее, очевидно, следуя моей команде атаковать Дженни кисточками для макияжа.
— Ничего! — кричу в ответ. — Я разберусь…
Вбегаю на кухню и обнаруживаю там причину громкого звука, пытаясь убедить себя, что это не то, о чем я думаю.
Это еще хуже.
Два абсолютно идентичных светловолосых мальчика, покрытых с ног до головы свадебным тортом, стоят посреди кухни.
— Что там? — кричит Дженни сверху.
— Н-ничего! Все нормально! Собирайся! — отвечаю я.
Я слышу, как девочки тащат Дженни в ее спальню, и снова поворачиваюсь к Ремусу и Эйдану. Я в таком глубоком шоке, что даже не могу представить, что сказать этим двум антихристам, стоящим передо мной.
Глубоко вздыхаю и готовлю себя к речи в стиле бабушки Молли.
— Посмотрите, что вы двое наделали! — шиплю я. — Я же говорила, не играть в кухне! Вы полностью разрушили свадебный торт! Вы хоть представляете, как долго бабушка Молли готовила его? Ал и Дженни будут потрясены! — им явно немного стыдно. — И вы полностью испортили вашу одежду! Вам понадобится еще раз принять ванну, чтобы смыть все это с ваших волос! — они выглядят возмущенными от этой идеи. — Что вы скажете в свою защиту?
Они оба опускают глаза в пол, испачканный остатками торта.
— Нам жаль, — говорят они в унисон.
— Вы уж точно пожалеете, — уверяю их я. — Эйдан, ты наказан! — говорю я тому из них, кто, я почти уверена, является моим сыном. Хотя сложно сказать — Ремус отлично трансформируется в Эйдана. — Никакого телевизора, квиддича и сладостей в течение двух недель!
— Ну мам!
— Не искушай судьбу! — рычу я на него. А затем Виктуар заходит в кухню, останавливается, оглядывает беспорядок и двух мальчиков, и краснеет так сильно, что я начинаю опасаться за нее.
— Что здесь вообще произошло? — шипит она, захлопнув за собой дверь, чтобы Дженни не услышала нас наверху. Я чувствую ее боль: наши сыновья — полные идиоты. Она начинает ругаться по-французски, как и ее мама, когда злится. Мальчики явно боятся ее больше, чем меня — внезапно я стала меньшим из двух зол. Виктуар сразу же без вопросов узнает, кто из них точно Ремус. Должно быть, это круто — так хорошо знать своего ребенка. Интересно, что со мной не так, раз я не смогла понять этого сразу?
Она поднимает палочку, направляет ее на мальчишек, и их костюмы сразу же начинают очищаться. Я поражена этой магией — они выглядят абсолютно чистыми.
— Очень полезный навык, если работаешь в сфере производства одежды, — Виктуар пожимает плечами. — Итак, вы двое, отправляйтесь в гостиную и не двигайтесь, пока не придет время уезжать? Вы слышали меня? — они кивают и выходят из кухни с опущенными от стыда головами.
— Что мы будем делать, Роза, черт возьми? — паникует Виктуар. — Дженни хватит удар!
Пока мы обсуждаем, как все исправить за пятнадцать минут, к нам присоединяется Дом. Ее реакция еще более благородна, чем наша.
— Твою мать! — вздыхает она. — Выглядит так, будто вы запустили сюда бешеного гиппогрифа.
— Даже гиппогриф не натворил бы здесь такого, — отвечает Виктуар. — Знаешь заклинания, которые могут это исправить?
— Вы пробовали Репаро? — спрашивает Дом. Идея так до смешного проста, что мы даже не пытались. Я пожимаю плечами и взмахиваю палочкой над устроенным беспорядком, надеясь на лучшее.
— Репаро, — произношу я.
Трехъярусный торт собирается в одну большую кучу, но, по крайней мере, он больше не разбросан по всей кухне. Хотя это мало похоже на свадебный торт, да и вообще на еду. Разве что на большую миску каши.
— Выглядит… нормально, — врет Дом, не моргнув глазом.
— Выглядит… недурно, — неуверенно соглашается Виктуар.
— Да они даже не заметят, — говорю я.
— Да… вдруг, Ал ослеп. А Дженни вообще не появится на свадьбе, — добавляет Дом.
— Ну зачем я родила ребенка? — стону я.
— Сняла с языка, — соглашается Виктуар.
Я проверяю время на часах. Уже половина одиннадцатого. Ровно через полтора часа мы должны быть в церкви, а нам с Дом желательно приехать даже раньше, ведь мы дружки.
— Сколько времени у бабушки заняло приготовление этого пирога? — спрашиваю я их.
— Неделя, — отвечает Виктуар, скрещивая руки. — Мы ни за что не успеем приготовить еще один вовремя. Ему нужно настоятся, прежде чем можно будет покрыть его глазурью, а потом надо сделать еще один слой…
— Ладно, мы поняли, — останавливает ее Дом. — Но мы же можем сделать похожий? Ну вы понимаете, он не должен быть вкусным, а просто выглядеть как свадебный торт.
— Да, но неужели они не заметят подмену, когда начнут есть и выплюнут? — подмечает Виктуар.
— Какой у нас есть выбор? — спрашиваю я.
Мы втроем стоим в тишине, обдумывая идею Дом. Никто не может придумать чего-то лучше.
— Итак, включайте духовку, — говорит Виктуар, снимая кардиган и надевая фартук. — У нас много работы. Дом, неси ингредиенты: яйца, молоко, сахар, масло, муку. И все, что сможешь еще найти. Роза, позови на помощь как можно больше людей и убедись, что бабушка Молли и Дженни никогда не узнают.
Я приступаю к работе. Сначала звоню Хьюго, затем Фреду и Рокси, умоляя их аппарировать как можно скорее в кухню, чтобы никто их не заметил. Также набираю Луи, но не беспокою Молли или Люси. Кажется, они не разговаривают со мной после того, что случилось в Норе на днях. Оставляю Лили и Джиллиан с Дженни, рассказав им о том, что произошло, чтобы они знали — Дженни нельзя приближаться к кухне.
Так что мы смешиваем, взбиваем, просеиваем, глазуруем и декорируем до боли в руках. Лили спускается вниз несколько раз, чтобы предупредить нас — Дженни начинает что-то подозревать, поэтому мы с Дом поднимаемся наверх по очереди, придумывая отмазки нашему отсутствию. После «мы звонили Алу, чтобы убедиться, все ли нормально» и «мы дышали свежим воздухом», правдоподобные оправдания закончились.
Когда возле дома паркуются машины, мы с Дом переглядываемся в панике. Виктуар говорит нам ехать вперед, а они с Фредом и Рокси все закончат.
Дженни, кажется, взяла себя в руки. Глядя на нее сейчас, вы не за что бы не сказали, что она проплакала в ванной все утро, или что отчитывала меня полночи. Мысль об этом снова вызывает злость, поэтому я отбрасываю ее.
После многочисленных фото на улице Дом, Лили, Джиллиан и я забираемся в первую машину, а Дженни с отцом садятся в другую. Мы все вздыхаем с облегчением от того, что наконец едем в церковь. Если машина не сломается и Ал прибудет в церковь, все будет в порядке. Свежо предание, как говорится.
Готовясь зайти в церковь, я еще раз объясняю Эйдану, как идти к алтарю: не слишком медленно, но и не быстро, и, во имя господа, не упустить кольца. Дом входит за Эйданом, потом Лили, потом Джиллиан, потом я. Прежде чем я начинаю идти, Дженни хватает меня за руку, удерживая.
— Роза, извини за то, что было ночью, — тихо говорит она. — Я немного запаниковала.
— Все нормально, Джен, забудь.
— Просто… он теперь женат, — продолжает Дженни. — И скоро я выйду замуж. Я бы не хотела, чтобы кто-то говорил подобные вещи Алу…
— Дженни, Ал любит тебя, — я уверяю ее, наконец понимания сомнения Дженни. — Всегда любил. Не волнуйся об этом. И после сегодняшней ночи Скорпиус забыт. Обещаю.
Она кивает, улыбаясь, и я отправляюсь к алтарю с высоко поднятой головой, чувствуя себя крайне убогой. По пути я вижу, как Молли бросает на меня злобные взгляды, Брайан поднимает большие пальцы в поддержку (я почти забыла, что пригласила его), а Джеймс корчит рожи у алтаря рядом с взволнованным Алом. Удивительно, что даже в такой день они не усмирили свои лохмы. Хотя, судя по свадебным фото дяди Гарри и тети Джинни, он тоже особо не заморачивался.