— Слушание дела Малфой против Уизли за право опеки над Эйданом Рональдом Уизли начнется сейчас, — оглашает представитель Визенгамота Раймонд Вольф. Он говорит обыденным тоном. Для него это просто очередной рабочий день, в то время как для меня — один из важнейших. — Визенгамот заслушает предложение сторон от адвокатов. Мистер Саммервилл?
Адвокат Скорпиуса, Генри Дж. Саммервилл, поднимается, чтобы обратиться к Визенгамоту:
— Мой клиент хочет получить полную опеку над сыном, оставив мисс Уизли щедрых три дня в неделю для общения с сыном, включая визиты на выходные.
— Мистер Фокс?
Теперь встает Том:
— Моя клиентка хочет оставаться главенствующим опекуном своего сына, предлагая мистеру Малфою опеку на каждые вторые выходные и по средам.
Том предложил такой расклад, сказав, что он звучит более разумно, чем есть на самом деле. Вольф все записывает.
— Очень хорошо. Визенгамот вызывает отца Эйдана Рональда Уизли — мистера Скорпиуса Малфоя — к допросу, а затем мать Эйдана Рональда Уизли — Розу Уизли, после чего удалится для принятия решения. Мистер Малфой, займите место для опроса…
Скорпиус выглядит таким же взволнованным, как и я, проходит к месту напротив членов суда. Если бы сейчас рассматривалось уголовное дело, то на его месте, как раз был бы подозреваемый. Саммервилл задает вопросы первым.
— Мистер Малфой, вы бы назвали себя хорошим отцом? — спрашивает он Скорпиуса.
Скорпиус на мгновение задумывается. Он явно не хочет здесь находиться.
— Да, — его голос дрожит.
— Опишите свои отношения с сыном.
— У нас отличные отношения… когда мы с ним видимся. Он хорошо себя ведет большую часть времени.
Судьи энергично делают пометки.
— И как часто вам удается увидеться со своим сыном, мистер Малфой? — спрашивает адвокат.
— Ну, я вижусь с ним на выходных и по средам, но эти договоренности часто не работают.
— С чем это связано?
— Ну, Роза очень занята. Иногда я приглядываю за сыном, пока у нее идут вечерние занятия по зельям…
Чувствую, будто меня только что ударили. Это же он настоял, чтобы я пошла учиться! Он же сам пообещал присмотреть за Эйданом! Или он сделал это, лишь бы получить дополнительные аргументы против меня?
— Итак, вы могли бы сказать, что на Розу нельзя положиться? — спрашивает Саммервилл.
— Я… — Скорпиус явно смущен. — Я бы не сказал так. Просто ее рабочие часы часто меняются, и у нее есть другие обязательства… — он замолкает.
— Значит, другие обязательства. А в какие часы работаете вы, мистер Малфой?
— Я работаю с восьми до трех с понедельника по пятницу с дополнительным выходным в среду.
— И это фиксированное время?
— Да.
— То есть будет справедливым отметить, что вы более надежный родитель, чем мисс Уизли?
— Протестую! — Том быстро выступает в защиту. — Он склоняет свидетеля. Рабочие часы Розы не имеют ничего общего с ее родительскими обязанностями.
— Мистер Саммервилл, — обращается к нему Вольф, — перефразируйте вопрос.
Саммервилл выглядит раздраженным:
— Считаете ли вы, что рабочие часы мисс Уизли каким-то образом влияют на ее родительские обязанности?
Скорпиус опускает взгляд на свои руки:
— Полагаю, что да…
— Почему?
— Ну, она не всегда может забрать его после школы. Ему приходится проводить много времени в доме бабушки и дедушки или других членов семьи. В жизни Эйдана не хватает стабильности.
— И вы считаете, что сможете предоставить больше стабильности, чем мисс Уизли?
— Да.
— Вы находитесь в отношениях, мистер Малфой?
— Да, я женат.
— А как ваша жена и сын ладят друг с другом?
— Дэйзи любит Эйдана, — твердо говорит Скорпиус, — а Эйдан — ее. Они отлично ладят.
— Спасибо, мистер Малфой, — кивая, Саммервилл садится на свое место и выглядит при этом очень довольным собой.
— Мистер Фокс, у вас есть вопросы к мистеру Малфою? — спрашивает Вольф.
— Да, сэр, — Том встает, глядя на меня с надеждой. Я качаю головой: не позволю ему воспользоваться той информацией. Меня она не волнует. Том поворачивается к Скорпиусу. — Мистер Малфой, сколько вам было лет, когда родился Эйдан?
— Семнадцать, — говорит Скорпиус. — Нам обоим было по семнадцать.
— Семнадцать, — повторяет Том. — А на каком курсе Хогвартса вы тогда были?
— На шестом. Точнее, он родился летом между шестым и седьмым курсом.
— Вероятно, это весьма непросто — иметь ребенка, одновременно обучаясь в Хогвартсе. У вас была возможность отправиться в Хогвартсе после рождения ребенка?
Скорпиус изгибает брови, наконец понимая, к чему клонит адвокат:
— Да, у меня была такая возможность. Мы с Розой приняли решение, что я вернусь к обучению, а она останется ухаживать за ребенком со своими родителями.
— Значит, мисс Уизли не вернулась на седьмой курс в Хогвартс?
— Нет.
— Она пожертвовала своим образованием ради ухода за сыном. Как часто вы виделись с ребенком в тот год?
— Не помню, — Скорпиус пожимает плечами. — Кажется, раз в три недели.
— По видимому, не очень часто, — резюмирует Том. — Казалась ли вам разлука с сыном тяжелой?
— Да, очень.
— Расскажите, пожалуйста, как проходили ваши встречи с ребенком, пока вы учились в Хогвартсе?
Скорпиус хмурится, будто пытаясь вспомнить далекие времена.
— Роза приезжала с ребенком в Хогсмид и мы встречались там на несколько часов. И я проводил праздники в доме Уизли.
— Мистер Малфой, сколько лет вам было, когда вы сдавали экзамен по аппарации?
— Семнадцать. Это было на шестом курсе.
— Вы сдали?
— Да, с первого раза.
— Хочу попросить Визенгамот особо отметить тот факт, что мисс Уизли не сдавала тест по аппарации в связи с беременностью, и сделала это лишь на прошлой неделе, — говорит Том. — Не считаете ли вы, мистер Малфой, что вам было бы значительно проще навещать мисс Уизли, чем ей ездить к вам?
— Я… полагаю, что да.
— Если бы вы так скучали по сыну, как говорите, не удосужились бы вы приложить больше усилий, чтобы видеться с ним чаще в первый год его жизни?
— Я был очень занят в школе.
— Уверен, что так и было. Но так же я знаю и тот факт — родители со мной согласятся, — что новорожденные дети отбирают неимоверно много времени! — некоторые члены Визенгамоты согласно кивают. Боже, а Том хорош. — Вы согласны с тем, что мисс Уизли приложила много усилий и времени для ухода за вашим сыном?
— Да.
— Вы согласны, что она — хорошая мать?
— Да.
— Спасибо, мистер Малфой. На этом все.
После вопросов Саммервилла мне кажется, будто дело проиграно. Но теперь я чувствую, что могу летать! Нам даже не понадобился этот дурацкий аргумент о том, что Дэйзи — дочь Долохова.
— Мистер Малфой, вы можете занять свое место. Визенгамот вызывает мисс Розу Уизли предстать перед судом.
Мои ноги кажутся ватными. Скорпиус проходит мимо меня, но не встречается взглядом. Я занимаю место и теперь вижу маму, папу и Дэйзи. Мама с папой ободряюще улыбаются. Чувствую, будто меня сейчас стошнит.
— Мистер Фокс, можете начать опрос.
— Мисс Уизли, — Том спрашивает меня, — считаете ли вы ваше нынешнее соглашение об опеке честным?
Я знала, что он спросит об этом. Мы много раз репетировали.
— Я считаю его честным и гибким. Эйдан проводит много времени со своим отцом, при этом имея стабильное место жительства. Ему не приходится делить свою жизнь на два мира и, мне кажется, ему так легче. Он абсолютно счастлив.
— В вашей квартире живете только вы с сыном?
— Да. Но родственники тоже живут недалеко.
Родители продолжают ободряюще улыбаться.
— Считаете ли вы, что ваши рабочие часы негативно влияют на Эйдана?
— Он привык к моему гибкому графику. Мы проводим много времени вместе, и при этом он часто видится с бабушкой и дедушкой.