— Кажется, что все было только вчера, не так ли? — размышляет Скорпиус.
— Ага.
— Мы реально во многом облажались с тех пор.
— Да и тогда все было не слава богу, — напоминаю я. — Мы просто наделали новых ошибок.
— Хотя Эйдан получился хорошо, — говорит Скорпиус. — Мне кажется, ты отлично справилась.
— Я тоже так думаю. Сегодня он решил, что хочет быть в Гриффиндоре.
Скорпиус выдерживает паузу.
— Черт, беру свои слова обратно.
— Ты заберешь его к себе сегодня? — спрашиваю я.
— Да, думаю, да. Роза, я надеюсь, ты понимаешь, что я решил разобраться с опекой не для того, чтобы сделать тебе больно. То есть, я никогда не хотел полной опеки, и сейчас она мне не нужна. Я просто хочу, чтобы мы делили ее поровну…
— Я знаю, Скорп, — прерываю я. Я, правда, не хочу снова слышать об этом, потому что очень злюсь. — Ты слышал что-то о Джеймсе?
Скорпиус качает головой, немного удивленный сменой темы. Разговоры об опеке над Эйданом всегда приводят к разбирательствам, а я не в настроении для спора. Чулан — наше счастливое место, мы не должны портить его атмосферу.
— Помнишь тот раз, когда мы прятались здесь от Молли? — улыбается Скорпиус. — Мы использовали ее чернила, чтобы написать «Миссис Молли Библиотечный Человек» на ее школьной сумке.
— О боже, да! — смеюсь я. — Но она-то точно знала, что это мы сделали!
— Конечно, знала, она же видела нас, черт возьми!
— Мы были не очень-то проницательными, — хихикаю я. Скорпиус кивает головой. — Помнишь, как я обнаружила тебя плачущим здесь?
— Я не плакал! — возражает Скорпиус, как и в тот раз. — Не плакал!
— Почему же у тебя были покрасневшие глаза?
— У меня аллергия на моющие средства!
— Что за бред? Твои глаза в полном порядке, хотя ты сидишь здесь напротив меня. Ты их что, пил в прошлый раз?
— Возможно, — по-детски отвечает он. — Я скучаю по нашей дружбе.
Это делает мне больно и льстит одновременно. Мне не хватает нашей дружбы, но быть его девушкой я хочу больше. Никогда бы не подумала в то время, что буду скучать по беременности. Я скучаю по тому, как он заботился обо мне. Теперь у него есть Эйдан, какое ему до меня дело? Эйдан для него на первом месте, как и для меня, но вот на втором месте у него Дэйзи.
— Ну, тогда нам стоит снова стать друзьями, — говорю я.
— Я думал, ты ненавидишь меня.
— Я ненавижу то, что Эйдан теперь у тебя. Но не тебя самого. Думала, ты знаешь об этом, — вздыхаю я.
— Это только до следующего слушания. Обещаю, я попрошу лишь о нескольких днях в неделю.
Мне все еще не нравится это, но я не собираюсь спорить. Оставлю это Тому, ведь, в конце концов, у него получится гораздо лучше.
— Скорпиус, могу я кое-что спросить? — чувствую, как мое сердце забилось сильнее.
— Конечно, — он выглядит взволнованным.
— Почему ты сказал, что тебе нужно, чтобы я разлюбила тебя? После того, как ты пришел забирать Эйдана… ты сказал, что я слишком сильно завишу от тебя и что мне надо тебя разлюбить.
Он хмурится. Я хотела спросить об этом, как только он произнес эти слова, но не уверена, что хочу знать ответ, так же как и он не хочет отвечать.
— Если ты разлюбишь меня, я смогу разлюбить тебя.
Вот оно что.
Дверь чулана распахивается — это Дэйзи. Конечно же, именно Дэйзи должна была застукать нас в компрометирующей ситуации. Это не могла быть снова Дженни.
— Я вам не помешала? — она явно раздражена.
— Нет! — Скорпиус вскакивает, ударяясь головой о низкий потолок. Я бы рассмеялась, если бы мне не было так стыдно.
— Мы просто разговаривали! — уверяю я.
— Я заберу Эйдана, — решительно говорит Дэйзи, не глядя на меня. — Мы отправляемся домой.
Скорпиус, как нашкодивший ребенок, следует за своей женой из чулана в Большой зал. Он оглядывается, слабо улыбаясь мне. По крайней мере, теперь он улыбается.
========== 24. Заносчивость ==========
Через несколько дней после церемонии в Хогвартсе я забираю Эйдана из школы и отвожу его домой, чтобы он остался на ночь со мной, как было согласовано со Скорпиусом и, более неохотно, с Дэйзи. Она, похоже, считает, что мы должны придерживаться условий, установленных Визенгамотом, и оставлять Эйдана с ними до следующего слушания, которое состоится примерно через три недели. Но, в конце концов, решение принимать Скорпиусу, а не ей. Эйдан очень рад видеть меня, стоящей возле школы, что поднимает мне настроение. Когда сын жил со мной, он крайне редко был так счастлив от наших встреч. Обычно так он реагировал на Скорпиуса, который приходил за ним.
Чтобы отпраздновать возвращение Эйдана домой на ночь, я покупаю мороженое, пиццу и чипсы. Я, правда, пытаюсь кормить его сбалансировано (это та часть моего метода воспитания, которой я горжусь), но, полагаю, теперь я могу побаловать его, раз уж я второстепенный опекун. Получение ребенком всех необходимых полезных веществ — теперь забота Скорпиуса и Дэйзи.
Эйдан, кажется, ест наиболее медленно из всех людей, которых я когда-либо встречала: он откусит что-то, болтает десять минут, и лишь потом кусает второй раз. Разговоры он любит больше еды.
— Мне нравится жить у папы, и Олли тоже нравится, потому что папа ее выгуливает. Она любит гулять. Однажды Дэйзи взяла ее на прогулку, и я пошел с ними, и мы отправились в парк.
— Угу, — я немного отключаюсь, когда он тараторит.
— А иногда папа, Дэйзи и меня…
— И я, — исправляю я его.
— Папа и Дэйзи, и меня, и я…
— Нет, просто папа, Дэйзи, и я.
Он делает паузу, хмурясь.
— Иногда мы ведем ее на прогулку в парк. Но на этой неделе не водили, так как Дэйзи грустила — они с папой ссорились, я слышал, как она плакала, но она не знала, что я слышу…
— Они ссорились? — включаюсь я, испытывая внезапный интерес к его словам. — Почему они ссорились?
— Не знаю, — Эйдан пожимает плечами. — Кажется, папа прятался от нее в кладовке, а ей не нравится играть в прятки. Или, может, он разбил одну из чашек в кладовке. Я слышал, она говорила, что прятаться в кладовке — ленепо.
— Нелепо, — исправляю я. — Когда это было?
— Вчера и позавчера. Когда мы с Мией играем в прятки, иногда она плачет, если не может меня найти, и ее мама говорит ей не вести себя, как ребенок. Я отлично прячусь — Мия никогда не может меня найти. Может, маме и папе Дэйзи тоже стоит сказать ей, чтобы прекратила быть таким ребенком.
Я решаю упустить опустить тот факт, что отец Дэйзи был убийцей и Пожирателем Смерти.
— А ты с ней говорил об этом? — уточняю я, пытаясь не выглядеть слишком заинтересованной.
— Я спрашивал, почему она кричала на папу, — продолжает Эйдан. — Она сказала, что не кричала, но я-то слышал. И я спрашивал, грубил ли он ей, но она сказала есть суп, потому что остынет. Это был куриный суп. Мне не нравится такой, но она все время его готовит, хотя мне и не нравится…
— А твой папа выглядел грустным после этого? — я пытаюсь вернуть его к обсуждаемой теме. Он откусывает еще немного от своего маленького куска пиццы и глотает, прежде чем продолжить.
— Он выглядел так, как обычно выглядит, если я оставляю свои игрушки на полу после того, как он просил их убрать.
Это означает «раздраженный», дорогой.
Я решаю, что не стоит больше расспрашивать, и полностью меняю тему. В конце концов, это не мое дело, если Скорпиус и Дэйзи ссорятся, даже если они ссорятся из-за того, что мы со Скорпиусом сбежали с ужина и общались наедине в чулане для метел. Должна признать, это действительно выглядит подозрительно. Интересно, как Дэйзи ничего не заподозрила, когда мы лизались на свадьбе Ала и Дженни. Это так типично, что нас в чем-то подозревают тогда, когда мы были абсолютно невиновны.
Ну, не принимая во внимание любовные признания.
*
«Вы только послушайте: громкое возвращение Джеймса Поттера в Пушки Педдл после того, как он был отстранен на три матча. Отстранение было вызвано нападением Поттера на загонщика Паддлмир Юнайтед — Майка Роланда. Во вчерашнем матче против «Уимбурнских ос» Поттер поразительно поймал снитч за первых тридцать секунд, подняв Пушки на два места в лиге. Мистер Роланд также вернется к игре в Паддлмир Юнайтед на этой неделе, когда закончится его отстранение на три матча».