Я вновь не отвечаю. Это же делает ситуацию менее неловкой, знаете ли.
— Ладно, — смущенно говорит Том. — Я, пожалуй, пойду…
— Нет! — срываюсь я. — Не уходи… То есть… мы можем просто забыть твои слова. Я знаю, ты не это имел в виду.
— Я крайне редко говорю то, что не имею в виду, — тихо отвечает он.
Серьезно? Какого черта?
Как он может просто сказать «я люблю тебя», а потом сообщить, что именно это и имел в виду? Почему он не прикидывается, словно это такая шутка? Неужели он, и правда, нормальный?
— Так ты имел в виду именно это? — переспрашиваю я.
— Да. Знаю, еще немного рановато говорить такое, но …да. Я люблю тебя. И знаю, что ты собираешься быть типичной Розой и будешь немного странной какой-то время, но это вовсе не проблема — я подготовился к подобному развитию событий.
— Я не собираюсь быть странной! — протестую я, хотя точно собираюсь. Он признался мне в любви, а я решила притвориться глухой. Это на самом деле странно. Если Том бросит меня после этого, он, вероятно, так и будет говорить обо мне, как о той странной девушке, с которой когда-то встречался.
Я же пока не могу сказать то же самое. Всего несколько месяцев назад я произнесла эти слова Скорпиусу, поэтому сказать их сейчас кому-то другому было бы не искренним. В то же время, я не могу сказать обратного, потому что, честно говоря, я не не люблю Тома.
— Я не не люблю тебя.
Молодец, Роза. Очень романтично. Двойное отрицание, конечно же, удовлетворит его.
Но, к счастью, он смеется. Он любит мою холодную бессердечность и мое неумение чувствовать. И именно поэтому я не не люблю его.
— Ладно, я тоже не не люблю тебя, — он обнимает меня за талию. Я не очень люблю, когда меня трогают, но мне приятно, когда это делает именно он. Он целует меня.
Интересно, как бы чувствовал себя Скорпиус, если бы знал, что я сказала такое Тому.
Хотя мне все равно. Он говорит это Дэйзи постоянно, по-видимому. Он не не любит ее, а я не не люблю Тома. И мы не любим друг друга, так что все идеально. Никто никого не любит.
Этой ночью мы с Томом спим в моей кровати, просто спим. И это приятно.
После этих странных признаний в любви, или не любви, между мной и Томом все развивается довольно быстро. Через несколько недель он практически переезжает ко мне, хотя не делает этого официально. Почти каждый вечер он проводит в моем доме и отлично ладит с Эйданом. Он даже сводил его на несколько квиддичных матчей. Скорпиус приезжал несколько раз, чтобы повидаться с сыном, и все время избегал встреч со мной, поэтому он наведывается в Англию лишь в те выходные, когда Эйдан остается у Драко с Асторией.
Также я познакомилась с родителями Тома — они очень приятные люди. Его отец — добрый и вежливый мужчина, который придерживает дверь дамам и встает, когда я захожу в комнату. Вспомните Драко Малфоя… а затем подумайте обо всем противоположном — именно таким и есть мистер Фокс. Миссис Фокс — очаровательная леди, которая нагружает меня кучей еды после каждого визита к ним. Они, правда, просто идеальные свекор и свекровь. Не то, чтобы я предполагаю, будто они станут моими родственниками, но все же они именно те свекор и свекровь, о которых можно мечтать.
Том тоже поладил с моими родителями. Естественно, он знал маму, ведь работал с ней в министерстве, но и с папой он ладит. Они говорят о квиддиче и всем, что с ним связано, и папа доволен.
Единственный, кто не очаровался Томом, был Джеймс, который, полагаю, всегда будет в команде Скорпиуса. Хотя, играя за Пушки Педдл, он, вероятно, привык быть в команде проигравших.
Через месяц после наших признаний в любви мы наконец занимаемся сексом. Перед этим мы делимся нашими историями. Он спал с тремя женщинами, а я, естественно, с одним мужчиной. Он был влюблен однажды, в свою девушку из Хогвартса. Я сказала, что любила Скорпиуса, но он и так догадался.
Это совсем не так, как со Скорпиусом. Я пытаюсь не сравнивать, но, наверно, это абсолютно естественно. Это не хуже и не лучше. Мне было хорошо не меньше и не больше, чем со Скорпиусом. И после всего, когда мы лежим, болтая, в кровати, я бы очень хотела выкинуть это сравнение из головы. Том — не Скорпиус, а Скопиус — не Том. У них нет ничего общего.
*
Еще двумя неделями позже по телевизору идет какой-то ужасный маггловский фильм, который мы вдвоем смотрим в постели. Это история о женщине, которая обручается с каким-то чуваком, решает, что влюблена в его брата, и оставляет этого чувака у алтаря.
— Платье ужасное, — комментирую я. На ней очень пышное платье с кучей оборок.
— Да и фильм так себе, — говорит Том. — Ну, было же понятно, что она не останется с первым парнем — взгляни на его волосы.
— Согласна. Я думала, он хоть перед свадьбой что-то сделает с ними. Хотя… кто бы говорил, — добавляю я. Волосы Тома всегда растрепаны, так же как и у Джеймса.
— Не волнуйся. Я, по крайней мере, расчешусь перед нашей свадьбой.
Я замираю. Знаю, что он пошутил, но все равно шокирована. Кто вообще говорит такое после нескольких месяцев отношений? Скорпиус Малфой — вот кто! Хотя тот говорил серьезно, а потом отправился в Лас Вегас и там женился.
— Хм, я пойду налью себе воды, — говорю я, и крепко целую его, прежде чем натянуть халат и спуститься вниз. Я не собираюсь пить воду — вместо этого я аппарирую к Алу и Дженни в их новый дом на окраине Хогсмида.
Тарабаню в дверь уже добрых десять минут, когда Ал наконец открывает мне в одних трусах и футболке. Я разбудила его, но мне все равно.
— Привет, кузен. Женушка дома? — спрашиваю я, протискиваясь внутрь.
— Роза, уже полночь. Мне утром на работу, — бурчит он.
— Я ненадолго, Ал. Но не откажусь от чашки чая, — я спешу наверх в их спальню. Дженни спит, но сразу просыпается, как только я забираюсь к ней в кровать.
— Р-роза? Что случилось?
— Том сказал, что хочет жениться на мне! — перефразирую я. Я перекручиваю его слова, как обычно и делаю.
Дженни садится, явно заинтересованная:
— Так и сказал? А не рановато ли немного?
— Немного? — восклицаю я. — Да мы же познакомились буквально полгода назад!
— Он вручил тебе кольцо?
Я делаю паузу.
— Нет. Ну, в общем, он не то, чтобы сделал предложение…
Дженни изгибает бровь:
— Что конкретно он сказал?
— Мы смотрели дурацкий фильм. В нем пара играла свадьбу, и у жениха была ужасная прическа. Я прокомментировала это, а он сказал, что приведет в порядок свои волосы ради нашей свадьбы.
Дженни смотрит на меня прямо:
— Ты что, аппарировала сюда посреди ночи, чтобы разволноваться на счет этого? Роза, да он же пошутил! Том тот еще шутник!
Меня бесит, что теперь вся моя семья знает Тома. Они считают, что знают его лучше меня.
— А что, если он не шутил? — давлю я.
— Еще как шутил! — срывается она. — Разве что ты не хочешь, чтобы он шутил…
— Лучше бы он и вовсе не шутил так!
Дженни продолжает смотреть на меня скептически. Осознавая, как сглупила, я возвращаюсь домой и выдумываю отмазки для Тома. Кажется, он купился, когда я сказала, что увидела единорога в саду. Фильм заканчивается к моему возвращению.
— Она осталась с братом, вот так сюрприз, — сообщает мне Том.
— Он расчесался перед свадьбой?
— Да, но у него и так отличная прическа, — отвечает Том.
— Хорошо. И, к твоему сведению, тебе придется подстричься перед нашей свадьбой — так и знай.
Он смеется. Уж он точно знает, что я шучу. И для этого ему не нужно в панике аппарировать в Шотландию. Вероятно, часть его нормальности однажды передастся и мне.
========== 32. По другую сторону нормальности ==========
— Я постараюсь вернуться к семи, — безэмоционально говорит мне Дэйзи. В глазах ее тоже царит пустота. В этом нет ничего нового, но я не могу перестать замечать эти маленькие изменения, которые произошли с ней спустя пять месяцев нашего брака. Изменения, в которых виноват лишь я.
— Увидимся позже, — отвечаю я так же ровно, как и она. Она аппарирует, даже не взглянув на меня. А ведь раньше бывало и так, что она не выходила из комнаты, не говоря уже о доме, не поцеловав меня. В данный момент я уже и не вспомню, когда мы целовались в последний раз.