Протяжный металлический хрип исходил из стен, пола и разбитых окон. Он словно пытался догнать меня, пытаясь взять под свой контроль. Я догадывался о его планах, поэтому без промедления побежал на улицу. Оказавшись за стенами особняка, не стал останавливаться, чтобы перевести дыхание, или обернуться, дабы проверить, продолжали ли меня преследовать. Ему не нужны были ноги, чтобы бегать и играть со мной в догонялки. Зло повсюду, в хлипкой деревянной лестнице, почве, в деревьях и в каждом листочке.
Зло, как клетки вируса быстро распространялись и множились в каждом объекте, что находилось внутри дома и вне его. Я продолжал чувствовать его незримое присутствие, когда перебирался через ограждение, чувствовал холодное дыхание на своем затылке. Я ощущал его ледяной магнетизм. Мне хотелось остановиться и взглянуть ему в лицо, эти навязчивые мысли становились все сильнее, а потом они будто оказались вне моего сознания.
Легкий шепот пронесся над кронами деревьев, ночь настигла меня в лесу, в полном одиночестве. Я не останавливался ни на секунду, даже одна заминка может стоить мне жизни, и я прекрасно осознавал это. Шепот усилился, ветер и шелест листвы начал преобразовываться в слова, а затем и во фразы.
— Останься, — с новым дуновением холодного ветра донеслось до меня.
— Ты нам нужен, твое место среди нас, — дом Финчера взывал ко мне.
Голоса следовали за мной даже когда я уже оказался в лесу. Сложно было определить мужские или женские, больше походило на хор, но я не собирался вслушиваться. Проклятый дом силен и у него достаточно уловок, как раз для такого глупца, что решил помериться с ним силами.
Я бежал уже из последних сил, хватаясь за свет, за свои воспоминания. В этот момент мне захотелось жить, как еще никогда прежде. В юные годы никогда не задумывался о смерти, ни о своей, ни о близких. Она не входила в мои планы, но и жизнь я особо не ценил. В моменты истинного страха и осознания того, что могу сгинуть в доме Финчера понял, насколько же сильно мне хочется жить. Я должен быть с близкими, жить ради матери, брата, да и себя в конце концов. Слишком мало мне еще довелось испытать, а столько всего вдруг захотелось успеть.
Я даже пожалел о тех днях, когда прозябал, не жил, а просто существовал, жалея себя, уподобляясь таким чувствам, как уныние и зависть. Вкус жизни ощутил только сейчас, когда чуть было не потерял ее, поэтому решил не сдаваться. Мои легкие хрипели, издавали страшные, нечеловеческие звуки, а в голове бешено стучал пульс, разрывая мое горло и грудную клетку, но я выжил.
Я добежал до своего велосипеда и продолжил путь. Я не чувствовал боли и даже забыл, что еще днем получил пару ударов от Коди. Вся боль прошла, главное, мне удалось вырваться из крепких лап дома в лесу, и я возвращаюсь к семье. Я был счастлив.
В темноте цеплялся взоров за каждый объект, что приближал меня к родному дому. Знакомые поля и старые деревья, бак для мусора и вот они знакомые маленькие улицы с домами. Оказавшись на своей улице, я чувствовал вкус победы, но все еще боялся оборачиваться. Все происходящее могло оказаться очередной иллюзией, обидной шуткой, обернусь и встречусь взглядом с тем повешенным и пойму, что никуда не убежал, не сдвинулся ни на шаг.
Как и мои кошмары о мрачном доме в лесу, вдруг и эти секунды радости и счастья все его проделки? Я начал крутить педали быстрее, молил о том, чтобы все происходящее не было сном. Вот он мой ветхий старый дом, тропинка и газон. На первом этаже горел свет, в памяти проскользнул образ матери, то как она сидит во главе стола и наблюдает за мной и братом. Я даже ощутил аромат ее фирменного жаркая и в груди разлилось приятное тепло. Бросив велосипед возле гаража, я помчался к входной двери.
Я забежал в дом и громко хлопнул дверью, запирая ее на все замки. Прижавшись лбом к двери, начал переводить дыхание. Под своими ладонями почувствовал старую облупившуюся краску, я провел пальцами, проверяя каждую трещинку и скол. Этого выдумать он не мог, а значит, я и правда вернулся домой.
Моя футболка была насквозь мокрой, по лицу стекали капли холодного пота, я жадно дышал, наслаждаясь ароматным ужином. За спиной послышались шаги, и я обернулся.
— Джесси, что с тобой? — мама замерла напротив меня, разглядывая сверху вниз.
— Да так решил заняться спортом. Бегал, — я улыбнулся, боясь моргнуть.
Я любовался матерью, ее голубыми глазами, морщинками, то как по-особенному всегда лежали ее светлые волосы. Мне хотелось подойти и обнять ее, но это будет слишком сложно объяснить, поэтому пришлось сдержать порыв и просто улыбнуться.