– Бабушка, да? – подсказал он. – Не укокошил ли я свою бабушку, как ваш Раскольников? Она в больнице, я же тебе говорил.
– Да, можно ее навестить?
– Меня не пускали. Надо узнать, может, теперь можно. Она старая. При чем тут бабушка, Матвей? Господи, я не знаю, чем буду платить за лечение. – Лицо Джуда исказила гримаса. – Вот уж не думал, что я докачусь до такого. Это уже ни в какие ворота… Что они наговорили Фотине, что она сразу поверила, а, Матвей? Если ты со мной разговариваешь, а не убегаешь в панике, ты не откажешься мне сказать? Ты не думаешь, что я имею право знать, хотя бы знать?
Вновь явился официант, поставил на стол кофейник, изящные чашки по полнаперстка и сахарницу с кукольными щипчиками. Что-то произнес по-гречески. Джуд ответил и махнул ему рукой, потом устало перевел:
– Надо подождать еще минут пятнадцать. Так ты скажешь мне или нет? Я не буду впадать в истерику, ты же знаешь.
– Уж в этом у меня сомнений нет.
– А в чем есть? У тебя есть сомнения в том, правда ли то, что вам поведали, да? Так как ты в этом убедишься, если не спросишь у меня?
Матвей улыбнулся.
– То есть ты-то уж точно не соврешь?
Джуд налил себе кофе. На деревьях зажглись желтыми огоньками гирлянды.
– Понимаю, для тебя это не так очевидно, как для меня, – признал он. – Разумеется. Что же я могу предложить… мы можем вернуться на маяк. Он не дает лгать, когда ты там, внутри.
– Откуда мне это знать?
– Вот черт. Действительно. Это тоже может быть ложью. Я же лжец и предатель. Но… неужели ты не почувствовал, что он не дает лгать, когда был там? Ты ведь видел, это одно из таких мест… ты думаешь, я в повседневной жизни могу фокусы с огнем показывать, стоит мне только пожелать? Я ж не кромешник. Или ты его тоже не видел? Огонь у меня в ладони?
– Видел, – не стал спорить Матвей.
– Знаешь, когда Фотина подошла и взяла меня за руку, это была такая вспышка счастья, такая острая и яркая, я никогда в жизни… Лучше бы я сдох там. Вот в тот самый момент. – Джуд скрестил запястья на столе, положил на них лоб, и голос его зазвучал глухо. – И когда ты говорил мне, что нельзя шарахаться от боли, если хочешь быть живым… когда все идет вот так, шарахнуться уже некуда. Ни одного уголка не осталось. Черт бы тебя побрал, Матвей.
Матвей глядел на Джуда и думал, думал, думал.
– Что это меня? – сказал он наконец.
– Ладно. Не тебя. Просто если б я в твое дело не вляпался, ничего не было бы. Уф-ф, нет, демоны были бы, куда они денутся, но я бы ничего об этом не знал… Не волнуйся, я сам в ответе за собственные решения. Выбора у меня нет, ты-то меня понимаешь?
– Может, теперь, когда ты не за рулем, накатишь с горя?
– В смысле? Вина, что ли, или Russian vodka? – Джуд поднял голову. – Мне ж нельзя. У меня гены дрянь. У меня отец алкоголик. Был.
– Пил, да?
– Не то слово.
– Курил?
– Как паровоз.
Матвей кивнул. Вспомнил:
– А ты со мной в баре выпил в первый день?
Джуд одарил его тяжелым взглядом.
– Сокол наливал, если ты не забыл. В итоге у меня в бокале был не алкоголь. Это такая психологическая уловка, чтоб успокоить клиента – тебя в данном случае, наладить контакт и все такое. Иногда срабатывает. Я не пью.
– Последний вопрос. Потом я тебе расскажу все как на духу. Ты был, конечно, маленький, может быть, ты и не в курсе, но все же, по твоему мнению, почему твоя бабушка не взяла вас к себе после смерти вашего отца?
Джуд вздохнул.
– Так они пили оба. Бабушка и отец. Кто ей детей отдаст?
Глава 15
Матвей откинулся на спинку стула. Джуд подался вперед.
– Все. Моя очередь спрашивать, в конце концов, ты же обещал. Давай, говори, что вам рассказали.
– Воспримешь спокойно, да? – уточнил Матвей.
Джуд ухмыльнулся.
– Я же чемпион мира по невозмутимости, ты забыл?
– Да, чуть не забыл. Северный полюс. С которого, между прочим, куда ни шагни – всюду будет юг. Стоит хоть на сантиметр…
– Заткни фонтан и давай ближе к делу.
Тон Джуда внушал умеренный оптимизм: он стал чуть больше походить на себя прежнего. Матвей собрался с силами.
– Смотри. Фотине позвонил ее отец и сообщил, что ей названивает твоя бабушка и срочно просит заехать. Именно ее, без тебя.
Джуд поднял бровь, показывая, что он весь внимание.
– И мы к ней съездили.
– В больницу? И вас пустили?
– Домой. Фотина знала, где она живет. Ты ее туда возил. Далее, твоя уважаемая бабушка поведала нам, если коротко, две вещи. Во-первых, ты давно уже сговорился с демонами и постоянно с ними… э… сотрудничаешь. Так что все, что было сегодня на маяке, это цирк для легковерных. Во-вторых, ты в далеком детстве убил собственного отца, потому что ты его стыдился. И это доказывалось тем, что он не курил.