Через пару лет после отъезда Йена, я начала потихоньку слетать с катушек. Мама с папой не знали, что со мной делать. Я много пила, плохо училась в школе, устраивала довольно дикие (легендарные) вечеринки и курила травку. Ничего необычного для подростка, но не то, что родители от меня ожидали.
Однажды вечером, после вечеринки, я ввалилась пьяная домой со своим парнем, когда родители были в отъезде. Я знала, что не должна планировать потерять девственность с парнем, которого не люблю, но решила, что когда-то это должно случиться. Я чувствовала себя чудачкой среди друзей, которые вели активную сексуальную жизнь.
Как только мы вошли в дверь, Трент начал меня целовать и стаскивать с меня одежду. Какое-то время я целовала его в ответ, пока он не схватился за подол моего платья, пытаясь его задрать.
— Нет, — пробормотала я, — не думаю, что мы должны идти дальше.
— Брось, детка, не дразни меня, ты же знаешь, что хочешь, — прошептал Трент, хватая меня за платье и прижимая к стене.
Я начала отталкивать его.
— Трент, я не хочу, — запротестовала я, но он не слушал.
Зажегся свет, и я услышала рев Йена:
— Какого хрена?
Трента оторвали от меня, и, схватив его за воротник, Йен врезал кулаком ему по лицу. Трент рухнул на пол, держась за окровавленный нос.
— Йен, черт побери, ты сломал ему нос? О боже, я не хочу вытирать кровь, — простонала я.
Йен повернулся ко мне, источая гнев.
— Эйс, ты в порядке? — спросил он, используя прозвище, которое дал мне с тех пор, как я себя помню.
— Ммм, да? — я выжидающе смотрела на него. Я не видела брата два года, и сейчас была не та ситуация, при которой я хотела бы, чтобы он вернулся домой.
Он повернулся к Тренту и рывком поднял его на ноги.
— Еще раз прикоснешься к моей сестре или хотя бы взглянешь в ее сторону, я тебя убью. Понял, придурок?
— В чем твоя гребаная проблема, чувак? Она моя девушка, — ответил идиот Трент.
— Видя, как ты к ней приставал, скажу тебе, что она больше не твоя девушка, мудак, а теперь убирайся с моих глаз, пока я, бл*ть, не вышел из себя, — заорал Йен.
Трент быстро взглянул на меня, кровь все еще текла из его носа.
Я пожала плечами.
— Дело не во мне, а в тебе.
Он бросил на моего брата усталый взгляд и убежал.
— Отличное свидание! — саркастически провозгласила я его убегающей заднице. Повернувшись к Йену, я бросилась в его объятия. — Как же я рада тебя видеть, — пробормотала я. — Я о-о-очень по тебе скучала!
Йен обнял меня, затем отстранился, в его взгляде вновь бушевал гнев.
— Серьезно, Гвен, что бы ты делала, если бы меня здесь не было? Ты пьяная, это платье слишком короткое, а мамы с папой нет дома — если бы я не вмешался…
— Не волнуйся так сильно, Йен, теперь все улажено, и ты дома! — пропела я, все еще пребывая в эйфории счастья от выпивки.
— Да, но я понятия не имею, кто сейчас передо мной, Гвен. Пьянство, вечеринки, выбор такой одежды, — он с отвращением выплевывал слова, указывая на мое платье. — Мама с папой рассказывали, что у тебя плохие оценки, и ты прогуливаешь школу. Не знаю, что с тобой происходит, Гвен, но тебе нужно разобраться со своим дерьмом, прежде чем ты разрушишь свою гребаную жизнь действиями, которые нельзя будет повернуть вспять.
Это был единственный раз, когда я видела его по-настоящему злым, и, увидев себя его глазами, взяла себя в руки. Ну, не совсем. Я еще доставляла некоторые неприятности, но исправила оценки и не дала маме преждевременно поседеть.
В следующий раз, когда Йен меня увидел, я чертовски неплохо справлялась. В итоге я отучилась в университете, получив степень в области мерчендайзинга в сфере моды, моя любовь ко всему, что касается моды, была частью меня с тех пор, как я стала достаточно взрослой, чтобы одеваться самостоятельно. В двадцать один я закончила университет, переехала в Нью-Йорк, устроилась покупателем в универмаг и стала устраивать свою жизнь. Йен остался в армии, путешествовал по миру, пару раз приезжал в Нью-Йорк, чтобы встретиться со мной, а потом возвращался домой, чтобы повидаться с мамой и папой.
Это навело меня на мысль, что я видела Йена всего пару месяцев назад, он не должен был приезжать в еще целый год.
— Йен, как ты здесь очутился? Разве ты не должен находиться в каком-нибудь секретном месте, устраивать террористам пытку водой и избивать неверных, чтобы те подчинились?
Йен отвернулся от стены, тяжело дыша, мой вопрос занял некоторое время, чтобы он его осознал. Он провел рукой по волосам и вздохнул.