По утрам я занимался с Ангелом, днем болтался по дому с Мийем, вечером читал…
В этот день я с самого утра чувствовал себя как-то странно раздвоенно. С одной стороны, меня разрывало от счастья, что я наконец увижу снова Юйшу, а с другой… Ехать к ней на хутор не хотелось абсолютно. Смотреть в глаза Айлэйн и Шуйлли… Наверное им уже сообщили, что Мойшэ убит. И если кто-то из детей проговорился, то меня, скорее всего, подозревают. Прямых доказательств у них нет, но косвенные все против меня. И я уверен, что чудом выживший я и вернувшаяся вовремя Юйша сочувствия вызывать не будут — уж так люди устроены. Они будут переживать о погибшем Мойшэ и втайне осуждать нас.
Я хотел предложить Юйше, как вариант, приехать на хутор одной, выслушать про меня кучу гадостей, собрать вещи и переехать на недельку в Венгсити. Мне хотелось там оглядеться и понять, будут ли мои знания интересны столичным жителям? К тому же я был уверен, что выездные оценочные путешествия тоже могли бы принести мне популярность. Ведь не только у Юйши есть привычка притаскивать сувенирчики с разных планет.
Правда нам надо было найти, где жить, но Айрин сказала, что готова выделить нам две комнаты в своем офисе в Венгсити, на первом этаже. Одна была бы спальней, а вторую я бы превратил в кабинет. К тому же место довольно таки удобное — здание ДИС.
Мое деловое солнышко встречал меня сразу за взлетным полем. Улыбнувшись Джей и кивнув остальным членам команды, он схватил меня за руку и потащил в сторону:
— Давай сразу тут поговорим нормально, а потом я в зайку играть буду. А то мне неопределенность в роль войти мешает.
Девочки, ехидно усмехаясь, посоветовали отличную гостиницу, где сдают номера на час-два, для особо соскучившихся. Я пообещала воспользоваться их советом и присоединится к ним, как только мы закончим. Стийв, потупив глазки, старательно изображал смущение.
Как только мы скрылись от большинства людей в тени деревьев, он горячо зашептал:
— Юйш, давай я не поеду с тобой на хутор. Чего я там забыл, а?!
Юйша спокойно меня выслушала, задумалась ненадолго, а потом когда она уже начала говорить, что согласна, я вдруг сам передумал.
— А знаешь, давай все-таки вместе туда поедем. Не убьют же они меня, пока ты вещи собирать будешь? Зато, по крайней мере, ругать будут меня, а не тебе все претензии высказывать.
Не то чтобы я от счастья кипятком писал, представляя лица Цийры и Лийз, но мне вдруг подумалось, что отправлять туда любимую женщину одну слишком нечестно и… трусливо как-то. Да и вообще, мало ли что с ней на этом хуторе может случиться? А я сиди и дергайся? Нет уж, лучше сожму зубы, молча все и всех выслушаю, покиваю, и мы мирно и тихо переедем. Главное, Юйша согласилась с тем, что уже большая девочка и готова попробовать пожить отдельно от семьи.
Я отправила Джей сообщение, что у меня возникли срочные дела, и получила в ответ пожелание получить как можно большее число оргазмов от выполнения этих срочных дел.
Зная свою тетушку, я подозревала, что оргазмы мне не светят, и первоначальная идея моего мальчика просто не появляться на хуторе, нравилась мне больше. Мне казалось более правильным, чтобы я скаталась туда сначала одна, как бы в разведку, все уладила и потом уже вернулась бы со Стийвом.
Но мое солнце уперся и твердил, что не может меня отпустить туда одну и все тут. В конце концов я сдалась, и мы полетели на хутор.
Сначала я, как обычно, направилась к дому тетушки Лийз. Она ждала меня на крыльце, молча кивнула в сторону дома, также молча поднялась по лестнице и только в комнате обернулась и проговорила:
— Рассказывай. Все.
Выслушав мою аккуратно отрихтованную версию, тетушка молча посидела какое-то время, поджав губы, и потом кивнула в сторону Стийва:
— За то, что он тебя спас, сама наградишь, как считаешь нужным. А я его должна выдрать перед всем хутором, чтобы другим неповадно было…
Чего-то подобного я ожидала — наивно было верить, что тетушка одобрит побег с хутора, да еще в сумме со всеми остальными отягчающими обстоятельствами.
— Он это сделал, чтобы спасти меня!
— Он должен был предупредить меня!
— Я предупредила тебя про Мойшэ, а толку?!
— Заткнитесь! Обе! — Мы с тетушкой так и застыли, глядя на Стийва, — Если ей так приспичило меня выпороть, пусть удовлетворится, мне не жалко!
— Мне жалко! — тоже рявкнула на него я, — Не путай ремень и кнут, мой мальчик!
— Слушай, — вдруг абсолютно спокойно проговорил Стийв, — я не уверен, что стою того, чтобы ты из-за меня сорилась с семьей. К тому же ты предупреждала, что будет лучше, если ты поедешь одна, а я все равно с тобой поперся. Давай уладим все мирно и спокойно. Твоей тете насрать на то, что я тебя спас, но важно, что я сбежал с хутора. Пусть она меня выпорет, ей полегчает, и вы помиритесь.
В его предложении звучало немного логики, но вся фраза целиком просто одуряюще пахла какой-то подставой. Будь я на месте Лийз, ни за что не повелась бы, но она не так хорошо чувствовала мое солнышко.
Когда тетушка вышла, чтобы приказать малышне созвать народ, и вообще приготовить все для предстоящего наказания, я подошла к Стийву вплотную. Сначала залепила ему пощечину: «Это тебе за то, что посмел на меня голос повышать!» Потом потянула за челку и, повернув лицом к себе, глядя в глаза, спросила:
— Зачем ты это творишь, мой мальчик? Давай уедем отсюда и все?
На скулах Стийва перекатывались желваки, во взгляде сверкали злость и упрямство. Я впервые видела своего мальчика таким и… он мне безумно нравился.
— Не лезь только, ладно? Не переживай за меня и не лезь. Ваше волшебное масло реанимирует мою спину и после кнута. А по голове меня бить не будут же? — и он попытался улыбнуться, чтобы успокоить меня.
Моя тетушка собиралась избить его кнутом перед всем хутором, после того как он рисковал жизнью, чтобы спасти меня… Кто кого успокаивать должен, я не понимаю?!
— Я не знаю, что ты задумал, но я совершенно не хочу, чтобы тебя пороли. Поэтому давай, разворачивайся. Мы уезжаем отсюда. Мои вещи мама потом привезет…
— Нет. Я сказал — нет. — Наши взгляды пересеклись, и я поняла, что сейчас вижу настоящего Стийва, властного, уверенного, понимающего чего он хочет и уже все для себя решившего. — Считай, что я не хочу брать на себя ответственность за твою ссору с семьей. Мне проще, чтобы меня выпороли. Так тебе будут понятнее мои действия?
Он был прав, абсолютно прав. Мало того, я прекрасно понимала желание тетушки прилюдно наказать слишком инициативного мужчину. Но все равно внутри ворочалось понимание дикой неправильности происходящего, и еще я ощущала какой-то скрытый подвох…
Вернулась Лийз, потянулась взять Стийва за руку, но тот так на нее зыркнул, что она тут же просто развернулась и пошла вниз. Следом пошел мой мальчик, потом я.
На площади был почти весь хутор, мама с папой стояли ближе к центру, рядом со специальным переносным столбом, уже наклоненным под углом примерно в сорок пять градусов. Тетушка подошла к столбу, Стийв встал рядом. Молча, по кивку, разделся, лег и спокойно позволил привязать себя.
Тетушка взяла протянутый ей кем-то из парней кнут и взмахнула им… И тут случился ожидаемый мною подвох.
— А что, оглашать за что меня наказывают не будут? Мне вот было бы интересно послушать… — громко спросил мой мальчик, и кнут в руках Лийз замер.
— Потому что ты сбежал с хутора, никого не предупредив, щенок! — замах, и кнут со свистом рисует по коже на спине Стийва тонкую ярко-красную полосу. Мое солнце выгибается под ударом и уже не таким бодрым голосом продолжает: