Петрович — будь он неладен! — решил трудоустроить свою дочку именно ко мне. С того самого юбилея, на который меня нелёгкая принесла. Отказаться от посещения шумного мероприятия я тогда не мог себе позволить, ведь Петрович не только мой старинный клиент — владелец крупной компании по производству и продаже медицинского оборудования, — но теперь ещё и деловой партнёр. Да я и знать не знал, конечно, чем та вечеринка может обернуться!
Хитрый, скользкий и опасный мужик, этот Петрович, и дочка вся в папочку пошла. Вцепилась в меня словно клешнями, весь тот юбилейный вечер от себя не отпускала. Пришлось сказать, что я женат, но и это её не особенно останавливало.
— Я же не прошу, чтобы ты бросал свою жену и женился на мне, — кокетливо заигрывала она, а я гадал, сколько ей лет.
На вид не больше тридцати, вся крашеная-перекрашенная, куреная-перекуренная, но, несомненно, ухоженная, замазанная всем, чем только можно и где только можно. Сожжённая загаром кожа не добавляла молодости, а, напротив, делала её похожей на чумазую дешёвую проститутку, хотя шмотки, которые предпочитала Инга, и сервис, к которому она привыкла, были однозначно высшего разряда. Речь девушки и её очевидное узколобие в суждениях говорили скорее о юном возрасте собеседницы, и всё это вызывало настолько сильный когнитивный диссонанс, что я пошёл на риск:
— Тебе сколько лет? Только не надо всех этих отмазок, типа неприлично подобные вопросы девушкам задавать.
— Двадцать три, — нисколько не смутилась она. — Я только в этом году диплом защитила. Папаня мне по этому случаю салон красоты подарил. Так что я теперь владелица. Но что мне салон, когда нужно хоть немного поработать по специальности...
— Это похвально.
— Ты считаешь?
— Да. Вызывает уважение, когда и о детях можно что-то сказать, а не только об их богатых родителях.
— Хм... — скривилась Инга и поиграла шампанским в бокале. — Поедем к тебе или ко мне в комнату поднимемся? Я совсем не обременительная. Жена не узнает.
— Прости, но я блюду верность, — едва сдерживался я, чтобы не нагрубить.
Мы вышли на балкон. Летний вечер выдался на славу: тёплый, пряный, почти южный с незабываемым запахом легкомыслия. Внизу играл приглашённый оркестр, люди разбрелись по большому парку, а мы остались в особняке. Мне уже тогда почему-то казалось, что лучше не уединяться с этой девушкой в саду, но скоро выяснилось, что её вовсе не смущало присутствие остальных гостей, которые периодически проходили мимо балконной двери и бросали на нас любопытные взгляды.
— Я дважды не повторяю, — многообещающе прижалась ко мне Инга, — но для тебя сделаю исключение.
— Я тоже. Маленькая ты ещё, Инга. И глупая. Убери руки. К тому же спать с дочками своих деловых партнёров — это дурной тон и несерьёзный подход к делу.
— Разве? А как же взаимовыгодные брачные союзы? — прикинулась глухой Инга, так и не убрав руки.
— Так вот зачем ты хочешь, чтобы я к тебе в комнату поднялся? — рассмеялся я.
— Нет... — стушевалась девушка, наконец-то отодвинувшись. — Я просто хотела... без всякого там бизнес-интереса.
— Пойдём лучше потанцуем. Смотри, какая ночь красивая, музыка шикарная, живая. Не дуйся. Пойдём.
Если бы я знал, к чему приведёт тот мой необдуманный отказ, то... нет, вряд ли даже в такой ситуации я бы переспал с ней. Скорее всего, просто сказал бы, что страдаю импотенцией или вообще — заядлый гей. Хотя, уже зная её, могу с уверенностью сказать: она бы не поверила и предложила бы полечиться (с её помощью, разумеется) или пересмотреть предпочтения.
На следующий день мне позвонил Петрович и чуть ли не в приказном порядке потребовал взять на работу его дочку.
«Дьявол! — подумал тогда я. — Какая засада!»
Мой второй бизнес по раскрутке санатория в Чехии напрямую зависел от поставок туда уникального японского медоборудования, и с Петровичем всё было уже обговорено и даже за полцены, как надо же было такому случиться!.. Прекрасно понимая, что в случае отказа мне не избежать крупных проблем в бизнесе, пришлось выполнить просьбу. А заодно и придумать себе более конкретную «жену».