— Палка, а ты не хочешь подработать поломойкой? — вдруг рассмеялась Инга, когда я полезла под книжный шкаф. — Я могу поговорить с Эрнесто, пусть он тебя возьмёт к нам на полставки. Зачем мы тратимся на все эти клининговые компании? Ты у нас одна справишься, как мне кажется. У тебя хорошо получается. Прям призвание. Юриспруденция — явно не твоё.
— Иди ты! — отозвалась я.
— А что? Подработаешь немного копеечек к Новому году. Хочешь, я поговорю с Эрнесто, замолвлю за тебя словечко? Я сегодня добрая. Ой, вон там ещё, вон там не помыла! Да нагибайся ты лучше! Хотя палки — они такие палки... совсем негибкие. Тебе бы на гимнастику, что ли, походить... Мужики, знаешь, гибких любят.
— Заткнись уже! — взбесилась я, вынырнув из-под шкафа. — Не то я не посмотрю, что ты такая вся из себя салонная дива, и как вымажу всю рожу этой тряпкой! Поняла?
Инга с Оксаной недоумённо застыли с чашками кофе, уставившись на меня круглыми глазами, очевидно не ожидая подобного. Даже Потапыч со Степаном выглянули из совещательной.
— Ой, кажется, я на больную мозоль наступила, — растянула свои тонкие, глистоподобные губы Инга. — Мужика-то, видать, даже на горизонте не видно. Да, старуха... тут одной гимнастикой явно не обойдёшься.
— Зато у тебя их полно! Ты, наверное, в горизонтальном положении большую часть времени проводишь, да? Всё не можешь определить, под кого же выгоднее подстелиться? Или «Фигаро тут, Фигаро там»?
— Радость моя, — мстительно прищурилась Инга, — не советую тебе со мной ссориться, а то быстро отсюда вылетишь. И не только отсюда. Я найду способ, как укоротить твой мерзкий язык, и тогда, поверь, тебя даже полотёркой не возьмут.
И с этими словами она засеменила своими балетками в кабинет босса.
«Ну вот... — с упавшим сердцем подумала я, — увольнение накануне Нового года... Что может быть лучше? Неделя до праздника...»
Не успела я помыть руки, как в дверь туалетной комнаты постучала Оксана.
— Слышь, Палка, там тебя команданте ждёт в своём кабинете.
Я распахнула дверь и встретилась со встревоженным взглядом подруги.
— Ну-ну... — погладила она меня по плечу. — Не переживай ты так. Вон смотри, вся побледнела... Не надо. Это всего лишь работа. Тебе накапать чего-нибудь успокоительного?
Я лишь помотала головой, не в силах отвечать. Меня колбасило так, что зуб на зуб не попадал, а из глаз того и гляди должны были хлынуть потоки слёз.
«Да почему же я такая неудачница?! Ведь я умная, ответственная... Но вечно что-то не так со мной!..» — вертелось в голове, когда я, нервно прибрав растрепавшиеся волосы, постучала в массивную дверь кабинета.
— Да! — послышалось оттуда.
— Можно? — заглянув внутрь, робко осведомилась я.
— Заходите, Полина Пална, — пригласил меня босс, не отрывая глаз от каких-то документов.
— Заходите, заходите, — промурлыкала Инга, вальяжно соскользнув с краешка круглого стола, что примыкал к письменному столу Эрнесто.
Этот общий круглый стол часто служил нам для мини-совещаний — утренних «летучек». За ним мы обговаривали будущие дневные заботы каждого сотрудника, получали нагоняй или обсуждали какое-нибудь сложное дело, если требовался мозговой штурм. Мне нравилось проводить здесь время, оно всегда дарило состояние некой общности, единения и давало возможность показать себя, да и что уж скрывать — лишний раз полюбоваться на Эрнесто, словить его похвалу за ту или иную отличную идею или поймать его заинтересованный взгляд, полный уважения и признания. Или я себе это выдумала? Эрнесто не из тех, кто принимает женщину как равное существо, но мне казалось, что со мной... Хотя так, наверное, все мои предшественницы думали.
И вот я наблюдаю беспрецедентно пренебрежительное отношение к этому святому месту, к этому волшебному круглому столу... такое фривольное поведение — сидеть на нём своей замассажированной до дыр пятой точкой, в этой гнусной обтягивающей юбке, чуть ли не рвущейся по швам крутых бёдер... Она бы ещё повыше задрала юбку! Хотя кто знает, какие у них отношения и почему Инга так уверена в своём влиянии на этого мужчину? По крайней мере, они на «ты», и Эрнесто позволяет ей сидеть фактически на его столе, перед самым его носом!