Теперь, правда, минус одна чашка.
Ох уж этот Принц Паркер! Сегодня чашку разбил, а завтра и сердце уронит. Придется задействовать всю силу воли, чтобы не поддаться его чарам, тем более Уитни никогда не мечтала стать Золушкой. Да и как она могла, если родилась принцессой? Она грезила о приключениях, а не о бессмысленных правилах дома Фаберже.
«Увидимся через час», – прислал смс-ку Паркер, и Уитни улыбнулась.
Так. Оставить! Никаких ему улыбочек. Обойдется.
«Оk», – ответила она нейтрально и побежала переодеваться.
Крис
Дождался-таки. Уитни влетела в его объятия, как и положено влюбленной девушке, обняла его одной рукой за талию и выставила напоказ кольцо на пальце. На входе в клуб их снимали папарацци, которые тоже были подписаны на Майлз в инстаграме, и невеста притворялась счастливой, позируя для лучшего ракурса.
– Хорошо выглядишь, – сказал он из чистой вежливости.
– Ты… эм-м… тоже. Весь такой официальный, я будто на экзамен пришла.
Крис сменил брюки на черные джинсы и набросил блейзер кофейного цвета поверх рубашки, потому что похолодало к вечеру. Но, судя по всему, стоило заявиться в драной потоптанной одежде, чтобы соответствовать вкусам Майлз. Сама она надела нечто из аниме. Кавайная девочка, мечта школьников. Не удивительно, что они ей тупые стихи начали на дом присылать на волне спермотоксикоза. Белый топ, черные кожаные подтяжки, черная короткая юбка, пояс с цепями, черные ботинки с массивной подошвой и полосатые черно-белые чулки.
Она будто на похороны Пикачу пришла.
Крис никогда не бывал раньше в «Макбете» и казался себе стариком, который случайно попал на детский праздник в ожидании, когда можно будет уйти. Но Уитни чувствовала себя раскованно. Явно любила шумные студенческие вечеринки.
– Здесь все мои будут, кто работает над клипом. Заодно и познакомитесь, – сообщила невеста, и они погрузились в клубную атмосферу драйва. Крис равнодушно относился к подобным местам, потому что не пил, не танцевал, не снимал девочек на ночь. В общем, выражаясь словами Майлз, был занудой.
Они вошли внутрь, и началось. Незнакомые лица, чужие ароматы, поздравления, объятия… Пока добрались до бара, Крис оглох.
– Что будешь пить? – спросил у него приятель Уитни, то ли Брайан, то ли Брэндон.
– Колу.
– И все? Может, вина или виски?
– Я не пью.
Уитни тут же навострила уши, примостившись рядом на барном стуле.
– Почему? Становишься буйным? – спросила она.
– Да.
– Какой ужас! Наверное, это страшно – не контролировать каждый свой шаг, – поддразнила заноза, и Крис усмехнулся. Облокотился о стойку, нависнув над невестой, и поймал ее взгляд.
– Конечно, страшно, но не для меня, а для того, кто рядом. И если я знаю, что могу навредить, то заранее беспокоюсь о последствиях. Есть у меня такая штука специальная, как же она называется? Ах, да, ответственность.
Уитни фыркнула.
Поверх белого топа висел золотой кулон, который она надевала на свадьбу, и Крис поддел его пальцем, натягивая. Уитни вынужденно подалась вперед, обдавая знакомым апельсиновым ароматом, который исходил от ее распущенных волос.
– И что? Ты правда можешь избить человека до потери сознания, выпив пару коктейлей, Паркер?
Она сидела настолько близко, что Крис видел каждую ее веснушку, и родинку в уголке рта над верхней губой. Заметил даже то, что у нее не пробиты уши и она не носит сережек.
– А при чем здесь борьба? – удивился он. – Речь о самоконтроле в более приятной сфере жизни.
Сбитая с толку, Уитни приоткрыла рот, чтобы задать очередной вопрос, но до нее дошло, и она покраснела.
– Ах, вот оно что, ты про… девушек.
– Сейчас – про одну конкретную девушку.
Крис не любил флирт без продолжения, но с Майлз не мог сдержаться. Нравилось дразнить ее, зажигать искры в солнечных глазах. Но на флирт не было времени. Бросив взгляд поверх ее плеча, Крис заметил мужчину лет тридцати пяти, который сидел поодаль и пялился на чужую невесту.