– Доброе утро, Джордж, – расстроенно поздоровалась она, войдя в ванную. Боялась паука до ледяного ужаса, но он ведь не виноват ни в чем. К тому же он недавно поймал огромную осу, которая влетела в приоткрытое окно. Герой. Пускай сидит, лишь бы не додумался спуститься в спальню ночью.
Хотя, не столько пугал паук, сколько Паркер. Где он спал? Неужто на полу?
Пнув незнакомую сумку под умывальником, Уитни ойкнула. Быстро же освоился! Это разозлило. Она не понимала почему. Особенно бесило, что Крис не жаловался. Он, как Джордж, молча поселился в ее доме, и всё его устраивает, бродит себе по саду, улыбается. А у нее душа на запчасти разобрана.
Быстро приняв душ, Уитни подсушила волосы и затянула их в высокий пучок. Подкрасилась там же, в ванной, надела короткие джинсовые шорты с рваными краями, синюю футболку – и выдохнула. Осталось обсудить сценарий с Паркером, и можно отправляться в универ. Быстрее бы. Хотелось избавиться от мыслей о парне, который спал не понятно где и мечтал не понятно о чем.
Горьковатый аромат свежесваренного кофе проник из кухни, и необъяснимая тоска накатила при мысли, что Крис вроде бы здесь, а вроде и нет, потому что у каждого своя жизнь. Они даже не друзья. Они фиктивная парочка на лето. Еще в субботу такой договор устраивал, а сейчас расстраивал.
Крис поставил на столик две белые чашки с кофе и будничным тоном произнес:
– Доброе утро. У меня переговоры допоздна. Поужинаю на работе.
– Хорошо.
– В принципе, я всю неделю буду пропадать часов до одиннадцати, поэтому звони мне на мобильный, пиши смс-ки, приезжай в офис, если что.
Голова заболела от его сговорчивости. Кошмар какой-то. Ну почему он такой адекватный?! А планы зачем обсуждает? Ушел бы молча, добавил ей терзаний, чтобы захлебнулась в недосказанности. Тогда бы хоть повод для ненависти появился. А он, наоборот, кофе ей делает, взгляд не отводит... Бесит.
Хмурая, Уитни уселась на стул, отпила обжигающе-крепкого напитка, ощущая привкус горького шоколада, – и ее осенило. А вдруг он передумал по поводу новой эмоциональной привязанности и решил рискнуть?
– Ты в порядке? – поинтересовался Крис, садясь напротив. – Может, вопросы есть?
Да. Сходишь со мной на свидание?
– Что ты имел в виду? – кивнула она в сторону сценария, лежавшего между ними на столе. Паркер подтащил к себе распечатку, и Уитни с трепетом проследила за движением его пальцев. Дух захватило от воспоминаний.
– Парень в твоем сюжете изо дня в день прикладывает усилия, а ради чего?
– Эм-м, песня ведь не зря называется «Дао» – «Путь». У воина нет цели, есть только путь.
Крис снисходительно хмыкнул.
– В таком случае твой бедолага – либо внесистемный отшельник, либо наивный раб чужих интересов, но не понимает этого. Цель есть всегда. Поэтому если ты не хочешь вогнать будущих зрителей в депрессию, то герой должен видеть, ради чего бьет стекла каждый день.
Он пригубил кофе и мельком глянул на часы. Уитни тоже вытянула шею, проверяя. 7:56. Рано, а он уже опаздывает куда-то.
– На твоем месте я бы добавил образы желаний за прозрачными преградами, – без тени сомнений в своей правоте посоветовал Крис и поднялся, отставляя чашку в мойку. Посреди разговора сбежит, что ли?! Ясно. Так и знала, что он бесчувственный робот! Но он хриплым голосом добавил: – Иди сюда, – и протянул ей руку.
Уитни, как натянутая струна, поднялась и зазвенела, а Паркер вдохнул аромат ее волос и легко приподнял, усаживая на стол. Приятно-прохладный аромат ментолового лосьона осел на ее губах, и она поджала их, обводя языком. Терпкий вкус, незнакомый. Горький, как черный шоколад с мятой, вроде того, что делают в Иден-Парке.
Пребывая в полном смятении, Уитни тихо спросила:
– А у тебя, м-м, у тебя есть цель?
– Конечно, – ответил Крис и двумя руками начал массировать ее левую ладонь. А-а-а, точно, кольцо ведь обещал снять. А она-то надеялась. Умелые, ритмичные движения мужских пальцев овлекали, и пришлось зажмуриться, чтобы вникнуть в слова: – …меня не устраивает циничная эксплуатация таких вот воинов, которые просыпаются не пойми зачем и идут не пойми куда. Нездоровые тенденции нужно лечить, иначе вымрем, как динозавры.