Машина затормозила у знакомого подъезда. Как в тумане, Крис выбрался в ночную прохладу, подавая руку Уитни, и та всполошилась:
– Я вещи в клубе оставила.
– Завтра заберем. – Он бы не повернул назад даже под напором цунами. В нем ревела, ломая барьеры, гораздо более мощная стихия: неутоленный голод по Уитни Майлз.
Крис снял с мизинца кольцо, возвращая невесте на палец, и непререкаемым тоном произнес:
– …а сейчас я покажу тебе, что делаю, когда мне можно.
Глава 18
Уитни
Сколько эмоций человек может испытать одновременно? Желание, восторг, страх, ярость.
Ярость.
Уитни торопливо шла за Паркером, который держал ее за руку, и ошеломленно молчала. Прозрачные ботинки на высоких устойчивых каблуках казались тяжелыми, каменными. Мягкий ночной воздух заполнял легкие, но не мог перебить вкус алкоголя, который остался на губах, на языке, проник в кровь и отравил осознанием: Крис сдался, потому что выпил. Серьезно?! Паркер соизволил снизойти к ней и осчастливить, потому что напился и не может себя контролировать?
Она прекрасно помнила его признания: он становится неуправляемым, когда выпьет. Теперь, наверное, на колени стоит упасть перед ним, благодарно рыдая. Сжалился! Какое счастье! Подарочный секс с пьяным принцем – это же мечта любой влюбленной в него девушки.
Боже. Какой позор. Мало ей унижений за один вечер?
Уитни зажмурилась. Дрожь до сих пор бежала по венам, стоило вспомнить жуткий взгляд мистера Тануки. Ноги чуть не подогнулись. Еще пара мгновений – и рухнула бы от ужаса. А Паркер ничего, развлекся. Сидел себе и наслаждался. Весело ему было.
Уитни вдруг протрезвела, чужой алкоголь вернул ее в реальность. Какие игры? Какое лето? Совсем обезумела от гормонов. Да как она вообще могла подумать, что короткой интрижки с любимым человеком будет достаточно? Достаточно для чего? Чтобы остатки самоуважения растоптать?!
Алё, Уитни! Со дна постучали.
Не открывай, глупая.
Не открывай!..
Крис
Проклятый замок в двери заело. С третьего раза справился. Не включая свет, Крис бросил ключи… куда-то – и всё, больше ни шага не смог сделать. От терпения только буква «Т» осталась серым цветом, как туман перед глазами.
– Паркер! Послушай, я…
Но больше ни слова не прозвучало. Крис впечатался ртом в ее рот, и языки жадно столкнулись, переплелись. Не разрывая поцелуя, он подхватил Уитни под бедра и прижал к стене, вклиниваясь между стройных ног. Тихие вздохи в темноте квартиры оглушали, резонировали в вены, и нервы рвались, раскаленные, требуя разрядки. Требуя Уитни.
Крис выше приподнял ее, удерживая на месте, и двумя руками стянул с себя толстовку. Прохлада не помогла, наоборот, он ярче ощутил, насколько горячая Уитни между ног. Кровь вскипела мгновенно. Порочно-сладкий аромат заполнил до краев, и Крис начал жестко вбиваться в нее бедрами, слизывая стоны с ее губ.
– Подожди, постой, – буквально прорыдала она, пытаясь оттолкнуть его, но отрезвления не наступило. Крис чувствовал ее всю, от макушки до пят, спрятанных под прозрачными ботинками, и не мог даже помыслить, что она уйдет сейчас. Но она продолжала вырываться.
– Что? Ну, что такое? – Крис неимоверным усилием воли отстранился и позволил ей встать на ноги. Он развернул Уитни к себе спиной и, сделав шаг в сторону, вжал животом в небольшой стол перед зеркалом. Щелкнул по включателю… и застыл. В отражении на него смотрела возбужденная, затравленная собственным желанием девушка. Ее грудь тяжело вздымалась, паника во взгляде. – Боишься?
Она замотала головой.
– Тогда что? – Крис уперся руками в край стола по обе стороны от нее. Неотрывно следя за реакцией, он прихватил зубами ее мочку, провел губами по щеке – и снова ее тихое, взволнованное:
– Крис… я… знаешь, я… – Она никак не могла договорить фразу.
От напряжения воздух искрил и покалывал кожу, и столько огня было в глазах этой солнечной девочки, что во рту мгновенно пересохло.