– …воздуха не хватает.
Крис накрыл ее рот своим, делясь кислородом. Толчки стали глубже, искры – ярче, и хотелось быстрее, туда, к пропасти, где темно и тихо, где нет оглушающей вибрации и огня в натянутых венах.
– Мне остановиться? – Его горячее дыхание обожгло щеку.
– Только попробуй! – прорыдала она, и плавные движения слились в один безумный, беспрерывный поток, оранжево-красный, как слово «да». Оно горячей волной хлынуло внутрь, выбивая датчики напряжения, и сознание Уитни взорвалось, как лампочка.
Искры, пепел, новый мир.
Она впилась пальцами в затылок Криса и надрывно закричала, содрогаясь, а он вдруг замер и глухо, протяжно застонал ей в шею. И просто убил ее этим порочным стоном.
Крис
Он погладил Уитни по голове и улыбнулся. Золото ее волос, золото звезд на небе в приоткрытом окне – все сливалось. Перед глазами пелена до сих пор стояла, фиолетовая почему-то. Он тоже закрыл глаза на пару минут. Кровь кипела, но уже не выкипала. Дышать получалось нормально, только губы будто ватные, и десна онемели от поцелуев.
Крис пошарил рукой по кровати в поисках брюк, выудил из кармана реликвию Паркеров и вернул на палец Уитни. Поцеловал костяшки по очереди и потерся губами о теплую кожу тонкого запястья. Выглядела будущая миссис Паркер на миллион разбитых сердец. Волосы его банданой подвязаны, румянец на щеках, засос на шее, его пиджак на ее обнаженном теле.
Ради такого вида стоило ехать в пригород.
Утром ей придется нелегко, конечно. В полдень у него был запланирован рейс на Милан, но как ее оставить в таком состоянии, лететь за тридевять земель к чужим драконам?
Крис нахмурился. Может, отменить? А с другой стороны, все равно придется привыкать к расставаниям. Но об осени думать не хотелось сейчас.
Он накрыл мирно сопевшую Уитни краем одеяла, а сам принял холодный душ, лег рядом с невестой, стирая последние границы, и заложил руки за голову, размышляя.
Что нужно роботу-принцу для счастья? Правильная цель, любимая девушка рядом и, в общем-то, достаточно. Но кто бы мог подумать…
…кто бы мог подумать, что ею окажется сумасбродка Майлз.
Уитни
Машина затормозила у края пропасти, над туманным полотном Эдинбурга. Они находились у потухшего вулкана «Трон Артура». Весь мир сейчас был оранжево-красным: начинался рассвет.
Определенно, Паркер знал толк в романтике.
– А тебе обязательно улетать?
– Всего несколько дней. Ты и не заметишь.
Она расстроенно кивнула и вымучила улыбку:
– Передавай привет Мелани.
– Обязательно. А ты – родителям.
– Моя мама тебя убьет, – напомнила она. – Зато папа нас поддержит. Он убежден, что право на ошибку положено людям по рождению.
– Ошибку? – Крис внимательно посмотрел на нее. – Мы с тобой не ошибка, мы подходим друг другу, как оранжевый и красный, – сказал он без тени сомнений. Уитни разомлела от его убежденности и улыбнулась уже по-настоящему:
– Да, повезло. Даже не верится. Я словно в лотерею выиграла и стою, не понимаю, что с этим счастьем делать. К тому же, я столького о тебе не знаю…
– Так спроси меня. Любой секрет, Майлз. Расскажу как на духу.
– Не сейчас.
– А чего ты хочешь сейчас?
Она посмотрела в его честные, зовущие глаза и искренне ответила:
– Чего-нибудь съедобного.
Крис без промедлений потянулся к корзине, ждавшей на заднем сиденье. Втихаря сбегая из отеля, они прихватили еду для пикника.
– Салат? Сэндвич с семгой и шпинатом?
Уитни осуждающе вздохнула.
– Не люблю семгу. А впрочем, она оранжевая, как раз под настроение. Ладно, уговорил, попробую. Она соленая или как?
Крис откусил от второго сэндвича и одобрил:
– Или как.
Уитни подперла подбородок кулаком и мечтательно вздохнула, взирая на жениха, который распаковывал корзину.
– Ты такой милый, – сказала она очарованно. – Знал бы ты, насколько ты милый.
И впервые в жизни Уитни увидела, как Принц Паркер покраснел.