– Это комплимент или оскорбление?
– Это констатация факта.
Она ахнула.
– Ты бы аккуратнее факты подбирал, Паркер!
– А ты – людей, которых впускаешь в личное пространство.
– Тебя же впустила!
– Вот об этом я и толкую.
Уитни набрала полные легкие воздуха, готовая поразить Паркера колкостями, но он уверенным жестом накрыл ее затылок ладонью и впечатался ей в губы поцелуем. И она выдохнула, мгновенно позабыв о споре, ощущая неповторимый вкус любимого человека и млея от острого удовольствия. Трепет заполнил до краев, выплеснулся наружу тихим фиолетовым стоном. Боже мой! Крис приехал. Он здесь.
Его нетерпеливые руки подхватили ее, лишая равновесия, и Уитни тут же обвила ногами его бедра, чтобы удержаться.
– Я тебе подарок привез, – обдал он жаром ее губы, вжимая в себя сильнее, до сладкой боли и расплавленных вен.
– Да, я чувствую, – одобрила она хриплым шепотом и прихватила зубами мочку его уха, вырвав из Криса надрывное:
– Господи, Уитни…
Как в тумане, они добрались до машины. Каждая секунда била по нервам, каждый вдох опалял легкие, и хотелось кричать о чувствах, чтобы даже астронавты на Луне услышали.
КРИС ПРИЕХАЛ!
Он затормозил у дома, криво припарковавшись, и Уитни буквально вывалилась из машины, судорожно пытаясь найти ключи в сумочке, потому что опаздывала любить.
– Плыви сюда, рыбка, – потребовал Крис низким, чертовски сексуальным голосом и легко оторвал ее от земли, перебрасывая через плечо.
– Паркер! – завизжала она, но в ответ раздался только бессовестный смех. Крис поднялся на крыльцо и отворил дверь. И казалось бы: дверь как дверь. Обычная. И дом обычный. Но здесь и сейчас создавалось впечатление, что в этом месте работает портал в другой мир – в мир, где разноцветные блики вместо слов, где слова и не нужны вовсе. Зачем они, если достаточно ярких красок на рельефном прессе Принца Паркера.
Глава 23
Крис
Ее крики когда-то вызывали головную боль, а сейчас звучали музыкой для ушей.
– Па-а-р-кер, стой! Бешеный!!!
Но адреналин требовал жертву. Недосып бил по нервам с рассвета, а присутствие Шона-поэта-Макконахи в пабе просто-таки оглушило. Если бы не знал, насколько прилипчивыми могут быть поклонники, то летел бы Шон над Эдинбургом сейчас, как недобитый ястреб.
– АааААаа! Уронишь! – но он затащил Уитни, переброшенную через плечо, на второй этаж и открыл дверь в ванную. Покоя не давало то первое селфи.
Крис поставил хохочущую невесту на пол и сказал:
– Начинай считать.
– Тебя математика заводит? Все-таки ты зануда! – уколола она. – Ну, ладно. Один!
Крис ловко стащил с нее сарафан через голову.
– Два!
Спустил по ее ногам нижнее белье...
– Т-т-ри!
Три секунды ушло, чтобы ее раздеть.
Уитни перебросила косу за спину и смутилась, прикладывая ладони к горящим щекам, затем – к грудям, бедрам – но поздно, он уже все рассмотрел, впервые при свете дня: каждую родинку, веснушку на слегка загоревшей коже.
– А это что? – Он коснулся небольшого рубца на левом бедре, прямо под тазовой косточкой.
– А ты не помнишь? Это расплата за кражу твоих запонок.
Крис ошеломленно поднял взгляд, встречаясь с янтарным светом. Точно. Забыл. Она тогда самым невероятным образом напоролась бедром на битое стекло.
– Теперь твоя очередь считать, – краснея, сказала она.
– Один… – Голос от желания сел, и Крис прочистил горло. Кончики ее тонких пальцев тронули кожу над низким поясом джинсов, прошлись вдоль косых мышц, обрисовывая пресс, с которого краску не успел смыть в аэропорту…
– Красиво, – выдохнула Уитни.
– Два. Три…
Он не понимал, как такое может быть. Это же просто чужие руки. Чужой взгляд. Вздох. А будто насквозь жаром пропечатывает. И магнитом тянет, хоть ты вой.
– …десять, одиннадцать… Кхм. Уитни?
Она зависла и просто смотрела. Ясно. Придется самому. Крис отдернул штору, которая закрывала ванну, щелкнул по регулятору, чтобы вода хлынула из металлической лейки, ввинченной в стену, а затем оторвал Уитни от земли и поставил под душ. Забрался следом в одежде и сбросил быстро намокшую футболку. Пар подействовал, как дурман, грудную клетку сдавило от тоски по девушке, которая была рядом. Откуда тоска, что это? Тревога нещадно царапала изнутри, угнетала. В голове – ТТТТТ серым фоном. Крис не мог расслабиться. Он обнял Уитни со спины и прижался губами к ее макушке.