– Я скучал.
– Я тоже скучала. – Уитни сжала его руки и начала водить ими по своему телу – по грудям, ребрам. Ее волосы потемнели от влаги, струи воды бежали по изгибам стройного тела, и кровь по венам тоже бежала, с ревом обгоняя время.
Крис стер ладонями влагу с ее лица и обнял одной рукой поперек ее тела, притягивая к себе. Два пальца другой руки он протолкнул в горячую влажность ее рта. Уитни начала послушно посасывать, и тянущий жар в паху стал невыносимым. Крис медленно спустил ладонь с ее живота ниже и вошел в нее, ритмично двигая пальцами, балансируя на краю от ее глухих стонов, вибрацию которых ощущал у нее во рту.
– Хочешь глубже? – спросил он и жадно провел языком вдоль ее щеки, слизывая капли воды. Вместо ответа Уитни вжалась в него упругими ягодицами. В нем каждый нерв гудел, когда он убрал руку из ее горячего лона и расстегнул ширинку, снимая остатки одежды.
Один. Крис подхватил Уитни под коленом. Два. Убрал пальцы из ее рта и заменил их языком, толкаясь глубоко и жестко. Три. Погрузился в нее одним плавным движением, глотая ее задушенный, гортанный крик. Тугая, до безумия мокрая и горячая, она приняла его до конца, отдалась на растерзание и откровенно наслаждалась. И он с ума сходил от этого совпадения, лихорадочно вбивался в нее языком и членом, пока не оглох от грохота сердца.
Удар, удар, удар…
Уитни надрывно промычала, содрогаясь, и его накрыло, мир перед глазами треснул. Разряд пронесся вдоль позвоночника, ударяя в поясницу. Крис стиснул челюсти, отстраняясь от Уитни, чтобы не кончить в нее – и чуть не умер, когда она рухнула перед ним на колени, стирая пальцами остатки краски с его пресса. Нежная ладонь скользнула ниже, с трудом обхватывая готовый взорваться член. Крис грубо сжал ее мокрые волосы на затылке, заставляя запрокинуть голову, и плотно накрыл ее руку своей, направляя. Пара быстрых движений – и он кончил ей на лицо, на шею, на груди. Он будто ослеп от яркой вспышки, которой выбросило на обочину реальности, а когда зрение вернулось, он увидел, как Уитни подносит пальцы ко рту, облизывает и говорит… что-то. Он не сразу расслышал. Но слова казались синими, оттенка Кляйна, как буква В:
– Вау… а ты вкусный, Паркер.
Просто космос.
***
…кисточка плавно прочертила широкую линию от шеи до пупка, и Уитни прогнулась в спине, сминая простынь в кулаках. Потрясающее зрелище. Он наклонился и лизнул затвердевший сосок, обрисованный золотистым цветом.
– На вкус, как персик. Хочешь попробовать?
Она кивнула. Кисточка мазнула поперек ее ярких, припухших от поцелуев губ, и Уитни послушно слизала золото кончиком языка. Крис добавил пару узоров синим цветом внизу живота, пару штрихов серебристым, затем согнул ее ногу в колене, придерживая, и проложил дорожку поцелуями вдоль внутреннего бедра.
Уитни тяжело дышала, втягивая плоский живот, ждала в напряжении, и это напряжение ему в вены резонировало, превращая кровь в термоядерную смесь. Он не помнил, чтобы его настолько сильно заводила прелюдия. Он провел кисточкой вдоль гладкого лобка вниз, проникая между половых губ, а затем повторил узор языком, с нажимом, ощущая, как горло сводит от сексуального голода.
– …серебристая напоминает ваниль, – поделился Крис новыми знаниями и поймал дикий, потемневший взгляд любимой девушки. Он неспеша ввел в нее два пальца, массируя внутреннюю ребристую стенку, и втянул в рот чувствительную вершину с привкусом ванили, посасывая, лаская круговыми движениями. Уитни начала задыхаться. Она уперлась пяткой ему в плечо, пытаясь отстраниться, но Крис обхватил ее щиколотку ладонью и сдвинул вверх, чтобы не мешала.
Уитни не продержалась долго, она шире развела ноги, включая на высокую частоту внутренний генератор звука, и ее пробило на крупную дрожь. Второй ее оргазм в этот вечер оказался более длительным. Ее все еще потряхивало, когда Крис снял с себя ее ногу и погладил бледный рубец на бедре. Прочертил пальцем по синей волне внизу живота, втирая краску в пылающую покрасневшую кожу, тронул ее губами и усмехнулся.