Отданными знаниями я с лихвой выкупила свою свободу. Но отчего-то всё равно сказала:
— Я вернусь. Надеюсь, что здесь встретят меня как гостью, а не как беглянку.
— Можешь в этом не сомневаться, — дала Анья ответное обещание.
После свободных земных одежд обтягивающий костюм сидел непривычно плотно, хотя движений абсолютно не стеснял. После плетёных кожаных сандалий плотные ботинки казались слишком громоздкими. Казалось, вместе с одеянием на плечи опустилась вся тяжесть ответственности. Я специально надела его наизнанку — маскировочной стороной — и теперь практически полностью сливалась с уличной тьмой.
— Не подскажешь, где можно взять такой же? — с восхищением рассматривала одеяние Октавия. — Я и не думала, что он так умеет.
— Думаю, что смогу что-нибудь придумать, — улыбнулась я воительнице.
Они с Линкольном должны были проводить меня на треть пути — до той самой хижины, где мы делали привал. Они не могли позволить себе более долгое отсутствие — из-за нашего совместного исчезновения возникли бы нежелательные вопросы. Дальнейший путь мне предстояло проделать самой, но почему-то я не боялась. Меня должна была сопровождать гончая, с которой мы уже были знакомы со времён прошлой поездки, она же должна была защищать меня от неуёмного аппетита хищников и вести самыми безопасными тропами. До лагеря в любом случае было немногим больше суток пути, и я собиралась справиться намного быстрее.
За спиной таяли огни города, но во мне не было сожаления. Я сделала всё правильно. И сделаю всё правильно, как только окажусь в лагере. Мне улыбнётся Финн, Рэйвен непременно что-то пошутит, а Джон будет делать вид, что ему не смешно, хотя на самом деле сдержится от усмешки с большим трудом. Я поплачу о Уэллсе, а потом уговорю их прийти сюда вместе со мной. Вместе со мной спасти землян. И возможно, стать ими, потому что они этого достойны. И мы достойны этого не меньше. К тому времени, как Беллами вернётся в город, всё уже изменится. Станет таким, каким мы и хотели.
Я с нетерпеливым восторгом ждала новый рассвет. Первый рассвет, когда всё действительно изменится.
========== Глава 10. Беллами ==========
Нейтральная территория между землями кланов, названная Полисом, находилась примерно в восьми-девяти днях пути от нашего города. Нам, важной делегации, выделили лошадей и целый отряд охраны из лучших разведчиков, но я всё равно был безумно напряжён. Лошади громко стучали копытами, ломали ветки, хрустели сухой прошлогодней листвой. Я привык покорять пустоши на своих двоих, с ещё несколькими столь же отчаянными воинами, что и я, и скрытность всегда была залогом нашего выживания. Я прекрасно знал, что эта дорога — главная между территориями кланов. По ней ходили и торговые караваны, и патрули, и отряды разведчиков. Я и сам не раз путешествовал по ней. Хищники давно не рисковали приближаться сюда — с каждым годом мы всё дальше и дальше оттесняли их в пустоши — но рефлекс отчего-то упрямо требовал развернуться и унестись обратно.
Твёрдая и каменистая почва сменилась сначала болотами, а затем густым влажным лесом. Мне были больше по душе горные кряжи и леса, в которых мягкая хвоя елей и пихт скрывала каждый шаг даже от самого чуткого уха. Буйство лиственной зелени подчас сбивало с толку. Казалось, что где-то в ярко блестящих ажурных листьях притаился голодный зверь, и общая тревожность только усиливалась. Всё привычное оставалось позади.
— Будем в Городе Воды к закату, — удовлетворённо сообщил командир Густус, когда широкая водная гладь заблестела на горизонте. — Думаю, Луна уже ждёт нас.
По плану мы должны были остановиться в городе Водного Клана на день-два, а затем вместе отправиться по реке до Полиса на их быстрых шхунах. Это сократит нам как минимум два дня пути, да и Густус всегда отлично ладил с Луной — Вождём Клана и главой города. Люди Луны охотно выменивали наши травяные снадобья и яркие ткани на рыбу и соль, а древесину для лодок — на крупный донный песок. Местные всегда с радушием принимали наших разведчиков и торговцев, а после того, как воины помогли Клану отбиться от бандитского набега восемь зим назад, мы и вовсе стали самыми желанными гостями. Джина и Мэди тоже легко здесь обустроились, прожили здесь чуть больше трёх лет и, кажется, были счастливы. Их восторг от города на воде, в котором вместо многих дорог — каналы по соседству с самыми обычными улицами, был воистину неподдельным.
А потом Джина вернулась обратно, напуганная и растерянная исчезновениями матерей. Я пообещал ей разобраться с этим, но инопланетянка под боком со своими гениальными планами не оставила мне ни единого шанса. А сейчас у меня появилась неожиданная, но не менее удачная возможность всё разузнать.
Задавать вопросы командиру Густусу я пока не рисковал. Было ясно: он всё ещё зол на меня за мои хитроумные интриги. Густус намного охотнее беседовал с другими командирами и не награждал их столь же тяжёлым взглядом. А ещё рано или поздно он должен был узнать о моём дерзком плане и, скорее всего, счесть, что я его предал. В сущности, так и было. Впервые за всю службу я вытворил нечто настолько безумное, отодвинув правила, позабыв порядки. Не ради Кларк — ради всех, кого могли спасти знания с орбитальной станции «Ковчег». Но вина всё равно тяжёлым камнем повисла на шее, а на душе пылало ещё не выжженное клеймо предателя.
Я скользнул взглядом по нашей неторопливой колонне. Во главе ехал сам командир, рядом с ним — двое разведчиков-охранников. В нескольких футах позади перешучивались Райдер и Артигас. Первый, худой и жилистый, с русыми волосами и тёмно-янтарными глазами, почти контрастно смотрелся рядом со вторым — горой мышц, черноволосым и черноглазым. Друзья и частые напарники, они предпочитали работать вместе, если у нашего командира не было иных планов. Именно благодаря его воле я неплохо успел подружиться с обоими, пока мы отбивали у разбойников украденные торговые телеги или сопровождали матерей с официальными визитами. Именно отряд Райдера поймал Хиляка, казалось, уже целую вечность назад. Им бы остаться и допросить его, но Райдер терпеть не мог сидеть внутри наших стен — всё рвался на волю к опасности. Потому они снова вернулись в пустоши, а Густус отдал горца мне. О чём, наверняка, уже не раз успел пожалеть.
За Райдером и Артигасом снова парой следовали разведчики. Прямо передо мной ехали, порой переговариваясь, коренастый Пенн и бородатый Деррик. С каждым из них мы буквально пару раз бывали в пустошах ещё когда я сам был разведчиком в отряде Линкольна. Так что больше я общался с другими разведчиками, чем с командирами. После моего назначения мы почти не встречались в неформальной обстановке, но я по-прежнему помнил выдающиеся навыки Деррика в ближнем бою. А Пенн со временем решил заняться только обороной города вместо опасных и подчас бесполезных походов.
Также неплохо я знал командира Индру, которая ехала рядом со мной. Она была наставницей Тави и должна была взять её к себе в отряд к осени. Мы немного поговорили о будущем Октавии среди воинов и разведчиков, Индра пошутила, что возьмёт её к себе только из уважения ко мне и больше ни по какой причине. Ещё пеняла на излишне своевольный характер сестры, чем совершенно меня не удивила, и вновь попросила не жалеть её на совместных тренировках. Но в целом командир была довольна успехами Октавии, её развитием и внезапным взрослением после похода с моим отрядом. Та экспедиция изменила её. И меня изменила, если говорить честно.
В Город Воды мы въехали с первыми закатными лучами, как и предсказывал командир. Верхом прошагали по длинному деревянному мосту над бурным потоком, затем — под аркой внешних ворот и тут же уткнулись в приветствующую нас делегацию, в самом сердце которой замерла высокая загорелая женщина. Её длинные рыжевато-коричневые волосы кучерявились, спадая почти до пояса.
— Всегда рады Лесному Клану. Мы-таки встретились вновь, — склонила она голову набок, улыбаясь уголками губ.
— Только из-за твоего гостеприимства, Луна, — отсалютовал ей Густус, спешиваясь. — Надеюсь, вы не передумали брать нас на борт?
— Только после сытного ужина, иначе обиды не избежать. Отдохнёте с дороги? Отплываем завтра после полудня.