— А то, — усмехнулась в ответ Эвелин. — Уже придумал, что будешь говорить? Расскажешь ей то, что рассказал мне?
— Ага. Расскажу. И она ни за что не примет меня в свой Клан. Выдать все тайны прошлого командира — не лучший способ заручиться доверием нового.
— Не хочу это признавать, но у тебя и правда есть шанс, — усмехнулась она. — Ладно. Жди весточки и постарайся пока не натворить дел.
Следующие дни закрутили меня настоящим водоворотом. Коллегия Полиса изо всех сил не давала делегациям скучать, устраивая для нас представления, обеды и ужины, различные игры и шутливые состязания. Постепенно друг за другом прибыли ещё два недостающих клана. Теперь не хватало только Ледяных и соседних с ними двух небольших Кланов. С чем это могло быть связано, из нас не знал никто.
Командир Густус по-прежнему делал вид, что меня и вовсе не существует. Упорно сохранял равнодушный вид, когда коллегия в очередной раз откладывала собрание на день. Продолжал молчать о том, что ситуация, возможно, близка к катастрофе. В поведении других командиров перемен к себе я не заметил, потому решил, что глава Совета им ничего не рассказал. Зато не молчал Райдер: поведал правду обо мне своему другу Артигасу, а тот — Индре. От них узнали Пенн и Деррик. И пусть далеко не все из них спокойно отнеслись к моему поступку, но гнев, направленный на меня, померк по сравнению со злостью на Густуса. Никто из них не считал Кларк и её кучку лесных дохляков хоть сколько-нибудь существенной угрозой. А такое откровенное недоверие Густуса глубоко оскорбило абсолютно всех. Риск, которому он подвергал город, привёл всех в ещё большую ярость. Гипотеза Райдера, которую он высказал мне на корабле про поиски предателя, ещё сильнее накалила обстановку. Я ждал, что ситуация придёт в тупик взаимного недоверия. Но когда все немного переварили новые факты, Артигас просто взял и предложил встретиться в местной таверне за чашкой пива. И все внезапно согласились.
— Вам не кажется, что это неправильно? Ну, в смысле, сидеть здесь и додумывать вместо того, чтобы пойти к командиру и задать все вопросы напрямую? — спросил Деррик, отправляя в рот кусок копчёной рыбы.
Индра отрицательно покачала головой.
— Ну уж нет. Густус не будет рад, что Беллами нам всё рассказал. Я не собираюсь усугублять его положение.
Остальные поддержали её молчаливым согласием и со звоном чокнулись кружками. От их доверия мне было тепло и приятно на душе. Я был готов встать и сражаться до тех пор, пока не упаду от изнеможения, а потом ещё чуть-чуть.
— Если мы говорим о войне, наш город не выстоит против большого количества бойцов. Первое кольцо эффективно только против голодных зверюг и случайных разбойников, — продолжила Индра. Никто не спорил. Она знал, о чём говорила. — Без внешней поддержки шансов мало. Нам нужно подкрепление.
— Чёрта с два мы его получим, — гневно констатировал Артигас. — Все военные лидеры Кланов сейчас набивают брюхо в обеденном зале.
— Вот именно, — усмехнулся я. — Они все здесь. И кто-то из них может согласиться помочь.
— Ты чего это задумал? — оживился Райдер.
— Пойду и попытаюсь продать себя повыгоднее. В обмен на отряды под нашим первым кольцом.
— Кому?
— Водным.
— Они готовы?
— Шансы весьма высоки.
— Пройдоха, — усмехнулся Райдер.
— Я собираюсь просить Густуса пересмотреть решение о твоём изгнании, — уверенно заявила Индра, глядя мне прямо в глаза. — Нам нужны Небесные. Постарайся продаться с возвратом.
— Согласен, — поддержал её Деррик.
— Ну вот, это же был отличный шанс от него избавиться. Это опять его терпеть что ли? — с притворным сожалением пробормотал Райдер, и серьёзная атмосфера тут же рассеялась. Он поднял кружку, призывая к тосту, и торжественно объявил: — За Лесной Клан!
Звук звенящих кружек растворился в тихом беззлобном смехе.
Вернувшись в башню, я нашёл на полу своей комнаты письмо, просунутое под дверь. Лидер Водного Клана назначила мне встречу на той самой шхуне, на которой мы и прибыли сюда. Я понятия не имел, что буду говорить и буду ли вообще. Я едва ли стану своим в Водном Клане. Но это не помешало мне обнаглеть достаточно, чтобы всё-таки явиться на встречу.
Эвелин и Луна ждали меня в капитанской каюте шхуны Водных. Воительница слишком по-хозяйски оперлась локтем о кресло, на котором восседала Вождь, и я будто впервые увидел её, хотя встречал уже не раз. Те же коричневые с рыжим непослушные кучерявые пряди, глубокие миндалевидные глаза и пухлые губы. Вроде как стандартные черты, но… Я перевёл взгляд на Луну. А потом обратно. А потом снова на неё. Я напрочь позабыл даже слова приветствия от абсурдности идеи, что только что посетила мою голову. Я уже видел их рядом на приветственном ужине, но тогда был слишком занят своими мыслями. А сейчас впервые подумал, что они слишком… похожи?
— У тебя всё нормально? — Эвелин явно доставляло удовольствие моё замешательство.
Луна мягко улыбнулась и бросила на Эвелин непонятный мне взгляд.
— Что-то не так? — с той же улыбкой спокойно спросила Вождь.
Я прокашлялся.
— Ничуть. Добрый вечер.
— Уверен? — Эвелин уже смеялась почти в открытую. — Ты доверил мне свои тайны. Я подумала: а почему бы и нет? Стоило сделать это только ради твоей физиономии, Жаль, не могу оставить её такой навечно. Ведь ты только что усомнился в своём здравом рассудке от мысли о нашем сходстве?
— Так вы?..
— Эвелин — моя первая и единственная дочь, — развеяла мои сомнения Луна. — Она предпочитает скрывать этот факт от чужаков, и у неё почти всегда получается. Вижу, что в этот раз она преуспела.
— Не то слово, — только и смог ответить я. Мы всегда пересекались в пустошах, а не на дипломатических собраниях с лидерами Кланов. И откуда я мог знать, почему она так часто носила дурацкий платок и заплетала волосы в косу? А дело было не только в шраме.
— Так приятно, что я снова тебя сделала. Сюрприз! — отсалютовала мне чертовка с довольной улыбкой, а затем бросила беглый взгляд на мать. — Мы тут с ней поболтали. Я рассказала про твои трудности, которые рискуют стать нашими общими.
— И что вы думаете? — спросил я.
— Я всегда готова помочь союзникам, но не могу перемещать военные отряды только потому что вы так сказали, — спокойно сказала Луна. — Полной картины мы не знаем, и, боюсь, от таких перемещений может быть больше вреда, чем пользы. В том числе и вашему Клану, Беллами.
— Вас не настораживает отсутствие в Полисе северных Кланов?
— Ничуть. Согласно моим донесениям, они прибудут в башню завтра.
— А как быть с врагом на нашей территории? Что о нём говорят ваши донесения?
— Ничего. Я ничего не знаю, а принимать решения в спешке и вслепую — это прямой путь в бездну.
— Эвелин так и говорила. Что вы даже слушать не станете, пока у меня не будет фактов. Но у меня есть только один точный факт: что-то происходит.
— Знаю. Эви говорила, что ты задавал ей вопросы об исчезнувших матерях и «Втором Рассвете». Это всё происходит потому, что наши Кланы пока ещё не полностью пали на колени перед их пророчествами. Не в последнюю очередь благодаря титаническим усилиям Густуса.
— Что с пропавшими матерями? Куда и зачем их забрали? — я неотрывно смотрел на её лицо, но Луна, как и всегда, была маняще спокойна и уверена.
— Ты и сам знаешь, Беллами. Их забрали, чтобы сделать очередным инструментом светлого будущего. «Из пепла мы восстанем».
— Что это должно значить?
— «Общее благо — единственная истина». Так они говорят. А общему благу в первую очередь нужны люди, которые будут над ним работать. Значит, матери должны их рожать. Беспрерывно. Без выбора, хотят они того или нет. Их мнение не имеет значения.
Кулаки сжались от ярости с такой силой, что руки задрожали от напряжения. И вот эти высокие идеалы скоро явятся в наш свободный город, чтобы научить нас, как правильно жить?
— Как вы терпите такое радикальное соседство? — я попытался спросить нормально, но всё равно едва выдавил вопрос сквозь зубы.
— У нас нет выбора. Сейчас ты с привычной молодости горячностью заметишь, что выбор есть всегда, и будешь прав. Только вот последствия его меня не устраивают. С осознанием неизбежности мне проще спать по ночам.