— Мы тоже заходим внутрь здания по туннелям, — отозвалась Октавия. — Часть из нас помогает твоему отряду.
— Вторая часть — зачищает здание от охраны, которая может поднять тревогу несмотря на внешнее оцепление отряда Артигаса, — дополнил её Линкольн.
— Райдер?
— Мы дежурим в туннелях и прикрываем отход пленников. На случай чрезвычайной ситуации используем крутые штуки от Небесных. В случае необходимости помогаем Артигасу на поверхности.
— А я помогаю отрядам Беллами и Линкольна, — отозвалась Эвелин. — Однако большая часть моих людей остаётся здесь, чтобы организовать мгновенное отплытие, как только отряды и пленники будут на борту.
— Отлично, — я кивнул. — Джон? Ты будешь готов, когда придёт час?
— Я не пропущу ни секунды ваших переговоров по рации, — отозвался Небесный. — Одно слово — и я разнесу эту плотину к чертям.
— Тогда нам в самом деле пора. Выдвигаемся немедленно, — распорядился я.
— Есть! — донеслось от отрядов нестройным эхом.
Следопыты из отряда Артигаса выбрали для нашей процессии великолепный путь. Достаточно лесистый, чтобы случайно не засветиться, но при этом не настолько густой, чтобы при ходьбе ломать ветки и прорубаться сквозь кустарники. Несмотря на все свои старания не шуметь, Небесные топали громче всех, ещё не до конца привыкшие к лесам. Цель показалась впереди достаточно скоро: самый отдалённый от охранного контура туннель, поверху поросший молодыми деревцами и дёрном. Ещё не начались осенние ливни, потому внутри было сухо и пугающе тихо. Поняв всё без слов, Кларк включила фонарик и приступила к своей особой магии. Уэллс помогал ей, выполняя краткие указания, а потом она повернулась к нам и шёпотом попросила:
— Пожалуйста, не смотрите. И не приближайтесь. Эту штуку невозможно потушить.
Я зажмурился, но даже так в глазах отдало болью от внезапной вспышки света. Но всё погасло также внезапно, как загорелось. Металл разрезало, будто разогретое масло. Часть толстенной решётки легко отошла, воины подхватили её и кинули на траву рядом. Уэллс первым пролез через образовавшийся проход и фонариком осветил небрежную кладку стен туннеля. Я шагнул следующим, прислушиваясь к гулкому эху от наших шагов. Даже дыхание казалось слишком шумным и резким. Низкий потолок нависал над головой и давил, вынуждая пробираться склонившись, на полусогнутых ногах.
На всех развилках мы шли только прямо. По словам Уэллса туннели, уходящие влево, вели к многочисленным казармам, а те, что вправо — отводили воду на восток, равномерно распределяя нагрузку по дренажной системе. Оснований не верить ему не было. Изредка в потолке виднелись решётчатые люки. Снаружи в них просматривалась только темнота. Он остановился под одним из таких и жестами попросил подсадить, чтобы приподнять решётку и обследовать обстановку. Металл поддался со скрипом, как бы аккуратно Уэллс ни пытался сдвинуть его с места. Выглянув, он удовлетворённо хмыкнул и подтянулся, вылезая наружу.
Следом на поверхность пришлось лезть и воинам. Отряд Артигаса разделился на две группы, обходя плотно выстроенные здания с нескольких сторон, чтобы внезапный патруль не оказался сюрпризом. Небесный показал им цель и вернулся обратно, с эхом приземляясь на каменную кладку туннеля. Кларк облегчённо выдохнула позади меня, увидев его целым и невредимым.
Петлять по подземным ходам пришлось немного дольше, чем я рассчитывал. Но в итоге мы подобрались к тому самому центральному залу, в подвале которого давно отстроили некое подобие то ли казарм, то ли хозяйственных помещений. Уэллс наклонился и пошатал решётку, которая закрывала вход в боковое ответвление туннеля. Та неохотно поддалась, когда я помог приподнять её.
— Там придётся ползти, так что нужно быть осторожными и не шуметь, — тихо сказал он. — Зато мы сразу попадём к камерам.
Небесный пацан не обманул — потолок был так низко, что мне в самом деле пришлось почти ползти на четвереньках. Доспехи и оружие воинов изредка задевали стены с металлическим звоном и разносящимися эхом шорохами. Мой лук тоже пару раз прошёлся по каменной кладке, заставляя вздрогнуть, но вскоре путь закончился — в потолке показалась очередная решётка.
Я выглянул вверх первым, осматривая видимую часть коридора. Никого. Только далёкий звук шагов, который только побудил решительно просунуться сквозь крайне узкое сливное отверстие. Следом за мной легко подтянулись вверх Линкольн, Тави и ещё несколько воинов. Собственное дыхание казалось слишком шумным, пульс — оглушительно громким и бесконтрольным, когда я положил стрелу на тетиву и прицелился, ожидая гостя из-за угла. Линк отправился в другую сторону коридора, прикрывая мою спину.
Глаза привыкли к полумраку подземелья. В пальцах были зажаты ещё две стрелы. По стенам напротив пробежали две тени. В лёгких запекло от задержки дыхания.
Я выстрелил немного заранее, почти наугад. Стрела тут же вонзилась в шею противника, стоило ему показаться из-за угла. Следующая стрела уже легла на тетиву до тех пор, пока второй понял, что произошло. Он осел на пол вслед за первым гадом. Заслышав шевеление, я обернулся. Линк и Тави затаскивали ещё одно тело в неглубокую нишу в стене. Мои ребята тем временем уже аккуратно выглядывали из-за угла, изучая, не ожидается ли у нас новых гостей.
— Чисто, — тихо сообщил я оставшимся в туннеле.
Все воины выбирались наверх один за другим почти мгновенно. Последними вылезли Кларк и Уэллс, озирающиеся по сторонам.
— Нам туда, — Небесный указал в сторону, откуда вернулись Линкольн и Октавия. — А эти двое пришли сверху. У вас есть минут двадцать, пока их не хватились другие. Ночной обход.
— Я тебя понял, — решительно отозвался Линк и посмотрел на своих воинов: — Готовы? Пора.
— Веди, — я кивнул Уэллсу, и мы двумя группами разошлись в разные стороны.
Кларк стала совсем бледной, когда заметила железную дверь по пути. Сейчас ей ничего не угрожало — она шла в кольце из двадцати человек, каждый из которых был готов за неё умереть. Значит, здесь их держали. Ублюдки. Сегодня с ними будет покончено. Коридор уже совершал поворот, и Уэллс жестом остановил нас на самом углу.
— Трое, — бросил кратко он, и мы тут же всё поняли.
Эвелин бросила на пол кинжал, и эхо его звона разнеслось по подземелью.
— Кто там? Братья? — послышалось от охранников. Один неспешно двинулся к нам — я понял это по звуку шагов.
— Твоя смерть, урод, — Эвелин одним движением перерезала ему глотку, и кровь брызнула на стены, пока парень оседал с булькающим звуком.
Второго настигла моя стрела, от которой он безуспешно пытался убежать. Третий осел от точно брошенного ножа. Уэллс стащил связку ключей с пояса убитого Эвелин брата и с торжествующим видом показал нам, торопясь дальше. В несколько шагов мы оказались у ряда решётчатых дверей. Пленники обеспокоенно всматривались в наши мрачные лица и даже, похоже, боялись, пока не заметили вместе с нами её.
— Кларк?
— Кларк!
— Ты здесь!
— Уэллс? Почему ты помогаешь?
— Всё будет хорошо, — дрожащим голосом ответила Небесная, влипнув в решётку всем телом, пока Уэллс открывал первую из дверей. — Мы здесь, чтобы спасти вас. Это друзья. Со мной друзья.
Две девчонки из первой камеры тут же бросились обнимать её, пока Уэллс открывал следующую. И следующую. И ещё одну. На нас смотрели с недоверием, но без враждебности. Кларк тихо и сбивчиво объясняла своим, кто мы и зачем пришли, пока воины растянулись по коридору, готовые к любой внезапной атаке. Я пересчитывал пленников, и почему-то их оказалось сорок восемь вместо шестидесяти.
— Это все? Все здесь?
Они тут же напряглись. Возможно, от моего резкого тона или чёрт знает чего ещё.
— Это все? — эхом повторила мой вопрос Кларк.
Невысокая светловолосая девушка кивнула ей, закусив губу.
— Пойдёмте, — уже мягче сказал я. — Вытащим вас отсюда.
Небесные тесно сбились друг с другом, сливаясь в сплошной чёрный балахон. Настороженные, они аккуратно и молча шагали вслед за нами, больше не задавая вопросов. В том коридоре, где нас ждал лаз в туннель, всё ещё было спокойно и пусто. Линкольн со своим отрядом ещё не вернулся, и это казалось хорошим и плохим знаком одновременно. Где-то сверху слышались звуки битвы. Шум. Лязг клинков.