Точно! – все еще про себя посмеивался Алекс, пряча улыбку от метавшей в него злобные взгляды Анны.
Недавние любовники начали молча одеваться. Девушка думала о чем-то своем, явно находясь где угодно, но не в этой комнате. А Алекс вдруг стал серьезным, вспомнив о разговоре, к которому он готовился вот уже несколько дней, и хотел начать еще до того, как брюнетка затащила его в этот гостиничный номер, бесцеремонно раздевая прямо на ходу.
- Ана!
- Ммм, – девушка сосредоточенно натягивала чулок.
- Ана, я хотел поговорить с тобой, кое о чем, – натянуто произнес шатен.
- Говори! – с легким удивлением спросила девушка, оторвавшись от увлекательного занятия.
- Я думаю… - парень старательно подбирал слова.
– Нам больше не стоит делать этого! – выдохнул он.
- Ты имеешь в виду секс? – спокойно и холодно ответила подруга.
– Как хочешь! Нет проблем! – и легко пожав плечами, взялась за второй чулок.
- Понимаешь… - голос парня звучал виновато. – Я женюсь!
Глаза брюнетки уставились на него, совершенно не отражая эмоций.
– Мы с Катей подали заявление в ЗАГС. И четырнадцатого декабря у нас свадьба.
- Алекс! - лицо девушки осветила радостная улыбка, что вызвало у ее друга облегченный вздох. – Я… Я так рада за тебя! Это здорово!!! – она, быстро подойдя к нему и обхватив руками его ладони, продолжала болтать, весело глядя в глаза. – Свадьба!!! Вы молодцы! Я правда рада!
Карие глаза прищурились, разглядывая улыбку на дорогом лице, и девушка потянула руку к лицу парня и, легко коснувшись его щеки, ласково прошептала:
- Te quiero, Cariño! Te quiero! Mucho!!!2
Глава 8. Макс. Часть вторая.
Осень, слякоть и грязь. Расставание с этим фетишистом лактации. Свадьба Алекса. И совершенно не своевременный отъезд Роберта из города, по каким-то ведомым только ему делам.
Депрессия накатила на Анну, и она, совершенно разбитая, после очередного сумасшедшего рабочего дня прямо в пальто, даже не сняв сумку с плеча, завалилась на диван в гостиной.
Девушке просто хотелось рычать от злости. Они вместе с директором утвердили несколько мероприятий на следующий месяц, и теперь он свалил в неизвестном направлении, оставив ее одну расхлебывать эту кашу.
Конечно, она привыкла к его огромной помощи и поддержке в работе и просто-напросто рассчитывала на них. И теперь приходится самой тащить на себе весь груз, пока эта наглая сволочь где-то прохлаждается.
Анна от злости резко дернулась на диване, и из кармана пальто на ковер выпали ключи. Девушка не стала поднимать их, а просто смотрела. Небольшая связка, ключи от квартиры и домофона. Остальные в сумке: от машины, кабинета и прочие.
На этой связке только два ключа и «таблетка» с чипом. И сердце… Когда-то красное… Резиновое, старое, выцветшее, потрепанное, замусоленное сердце. Которое каждый раз вызывает улыбку. Это сердце дарил Макс. Такое же в точности у него на ключах.
Макс вообще, в плане подарков, был удивительным человеком. Он каждый день что-нибудь придумывал для Ани. Летом он обрывал клумбы на улицах. Весной сирень и яблони страдали от его нападок. Осенью - целые гербарии из разноцветных листьев. Букеты из сосулек и слепленное из снега сердце, которое оставалось таять, пока они целовались у входа. Бесконечные поделки из бумажных салфеток, скрепок, упаковочной бумаги. И милые сердцу копеечные безделушки, купленные на каком-нибудь развале.
Это резиновое сердце - одна из таких вещиц. Макс купил два и лично повесил одно на ключи Ани, а второе - она, ломая ногти, прикрепила к его неподъемной связке.
Воспоминание об этом времени одновременно сладкое и горькое.
Безденежье, почти нужда, миниатюрная съемная квартирка в двадцать квадратов. И в тоже время – безмерное счастье, с ласковыми словами, сумасшедшим, сногсшибательным сексом, тепло разговоров и уют объятий. Приготовить завтрак любимому и слушать его, такого смешного, еще заспанного с взъерошенным светлым ежиком и хитрыми зелеными глазами, сидящего в одних трусах на кровати с гитарой и поющего своим хрипловатым голосом песню, только ей.