– Как вы ухитрились до такого докатиться? – посмеиваясь, спрашивала Мара.
– Так, понимаете, мы застряли на лестнице в самом начале. Прямо ни туда, ни сюда, – начал рассказывать Пэт.
– А я вам говорила – разберите кровать, но вы же упертые, – напомнила я.
– Да мы поняли, когда застряли, – прокомментировал Гед, потирая ушибленный затылок и поглаживая ободранные ребра.
– А позвать на помощь не додумались? – спросила иронично Эля.
– Я думал, сами справимся. Рванул на себя иии вот, – Гед смущенно вздохнул.
– Ага, результат на лицо, вернее на затылке, – Мара посмотрела на горе носильщиков. – Ладно, разбирайтесь тут сами, у нас своих дел предостаточно.
Дальше все было без таких экстремальных происшествий. Кровать подняли частями и благополучно собрали на месте. Даже коврик возле нее постелили, убрав раздражающий объект из моей комнаты. Люблю чувствовать под ногами дерево, а не дурацкие ковры, которые только пыль собирают.
Оставшуюся мебель перенесли в малый дом, братья сказали, что потом сами разберутся что куда ставить. Удовлетворенные проделанными работами, мы спустились вниз. Увидев нас, Мара очень обрадовалась и послала всех в подвал на сортировку продуктов, из-за того, что нужно готовить обед, они мало что успели сделать. К обеду мы со всеми задачами справились, и даже, помогли, с завершением работ по освобождению двора, нашим мужчинам.
На берегу реки были рассортированы по наименованию следующие материалы: балки, доски, детали крыш, механизмы и отдельной кучкой разная мелочь. Значит можно было возвращаться в дом. К этому времени, сборщики закончили монтаж кровли над вольером, и теперь у Грома был полноценный, удобный дом. Мы торжественно заселили нашего пса, хотя, по-моему, восторга он особого не испытывал.
Мальчишки еще вчера выяснили все о механизмах и о том, как они выглядят в собранном виде, поэтому все утро таинственно улыбались, явно что-то задумав. Собравшись на обед, дети попросили уделить, им время после еды и мы согласились. Обед прошел в очень позитивной обстановке, даже без разговоров, так раздражавших Ника за столом. После мне пришлось немного задержаться, нужно было уделить время сестре и дочери. Показав Але ее освобожденную от лишней кровати комнату, я поднялась с дочкой к себе. Надя вяло реагировала на окружающую обстановку, так как очень хотела спать. Уложив ее, спустилась к сестре.
– Ну как ты, сестренка?
– Уютней стало, места больше, а то я замучилась выбираться каждый день из этих катакомб.
– А мы из моей гардеробной детскую сделали, – я устало потянулась.
– Здорово, ты не волнуйся, иди ко всем, а я пока за Наденькой присмотрю.
– Спасибо, ты уже видела, что мальчишки приготовили?
– Мы с мелкой даже немного помогали, так что я уже видела макет.
Быстро спустившись вниз, поспешила в малый дом. В гостиной нетерпеливо ожидали меня домочадцы и гости. Мальчики стояли в центре у большого стола, накрытого простыней.
– Ты чего так долго, – недовольно проворчал Макс.
– Мам, мы ждали тебя, – довольно улыбаясь сообщил Тит.
– Ну что, все в сборе, начинайте, – вмешался Пэт.
Мальчишки попросили меня помочь снять простынь и, когда макет был освобожден, первыми к нему бросились мужчины. Я стояла возле стола и поражалась тому, что у них получилось. Это было, своего рода, произведение искусства, каждая деталь тщательно проработана. Я думала, что наш маленький детский комплекс потеряется на фоне окружающей его крепости. Наоборот, ребята нашли решение, при котором детский центр стал основой композиции.
Вся детская игровая группа помещалась на небольшом холме и являлась центром, от которого расходился сложный лабиринт, а на него уже ориентировалась вся остальная часть композиции. Крепостные, полуразрушенные стены стали полосой препятствий с хитрыми ловушками, где взрослые и подростки могли попробовать свои силы. Два механизма были приспособлены у реки и напоминали что-то очень похожее на канатную дорогу. За рекой был еще один центр, только теперь уже развлекательный, с качелями, горками и небольшим парком, переходящим в ухоженный лес.