– Что скажешь, не правда? – продолжал Дима, но Аня сидела и молчала парализованная горечью предательства. – У тебя трёхкомнатная квартира в центре, папаша директор фирмы. Пораскинь мозгами и сделай выводы. Ты нужна мне, а та девка всего лишь для удовлетворения физических потребностей. Тебе что плохо со мной?
Они провели вместе два года. Всё это время она порхала над жизнью, парила в мечтах и наслаждалась каждой минутой. Аня чувствовала себя красивой, желанной, нужной… Теперь же наступила пора возвращаться к своей обычной оболочке серой незаметной мышки, боящейся каждой тени… Бал кончился, остались лишь воспоминания. Грусть и неизбежность навалились на Аню, заполняя освободившуюся нишу в её мыслях и планах на будущее. Они давили, угнетали, мучили! «Сколько раз он мне изменял? Сколько раз равнодушно предавал, даря себе развлечения? В его понимании я недостойна и капли любви? Боже, ну почему всё так?» – осыпала она свою голову пеплом вопросов без ответов.
– Дима, послушай себя, – еле слышно начала она срывающимся голосом. – Это низко. Ты меня и так сильно обидел. Неужели обязательно вытирать об меня ноги? Зачем ты приплёл отца? Он, между прочим, не лез в наши отношения, ничего не говорил плохого, помог тебе устроиться на работу, а ты… – Аня вскочила на ноги. У неё не осталось больше сил продолжать затянувшуюся пытку. – Прощай! Свои вещи найдёшь на лестничной площадке. – Она стремглав выбежала прочь, оставив его с открытым ртом и лежащей в кармане биркой от её пальто.
На улице царил совсем невесенний холод. Её кожа мгновенно покрылась мурашками и посинела. Аня обхватила себя руками и подумала: «Надо вернуться», но почему-то продолжила шагать в сторону дома, склонив голову. Она потратила последние силы на разговор с Димой и теперь ею завладела апатия, словно вакуумом высосав ощущение реальности.
Визг тормозов, словно издалека накатил на её заторможенное сознание, резко возвращая в реальность.
– Ой! – испуганно пискнула Аня, автоматически отпрыгивая назад и вскидывая вверх заплаканные глаза.
«Как я здесь оказалась? Почему стою на дороге? Дима… Я, – собирала она отрывочные мысли, переводя взгляд с тёмного мокрого асфальта под ногами на застывший в полуметре от неё большой чёрный джип. – Боже, меня чуть не задавили! Хорошо, что водитель «Лексуса» успел остановиться, иначе бы лежала сейчас кверху брюхом». Марку машины она определила сразу, так как обожала четырёхколёсных питомцев, но водить сама боялась. Ввиду близорукости, замедленной реакции и излишней мечтательности. Как раз про таких нелестно отзываются бывалые водители, обзывая обезьяной с гранатой.
– Вы, что, дура? – заорал мужчина, высунувшись из окна автомобиля.
Аня виновато опустила взгляд и пробормотала:
– Простите, пожалуйста.
– Слава богу, успел затормозить! Дорога мокрая, фонари ни черта не освещают, ещё вы тут вываливаетесь на дорогу, – рассерженно высказал незнакомец.
«Понимаю его чувства, из-за какой-то курицы чуть не попасть в аварию, – подумала Аня, переминаясь с ноги на ногу и бросая на мужчину извиняющиеся взгляды. – Жаль, что его толком не видно, ещё фары слепят. Интересно, они симпатичный? Голос приятный и мужественный». От неожиданной, неуместной мысли её щёки вспыхнули румянцем.
– Вы всегда гуляете в таком виде и не смотрите по сторонам? – едко спросил он.
– Извините, я, честно, не специально!
– В этом не сомневаюсь. Может, тогда ещё и уйдёте с дороги. – Из его тона пропала злость и недовольство.
Аня в который раз извинилась и, быстро развернувшись, перешла на тротуар. Она не любила причинять неудобства и чувствовала себя ужасно, если такое всё же случалось.
За её спиной раздался шум ожившего мотора. «Уезжает. Наверное, материт меня последними словами, – грустно подумала она. – Жаль, что не узнала его имя». Аня удивилась этому непонятно откуда взявшемуся чувству. Зачем ей имя чужого человека, с которым она больше не увидится?
– Подождите!
Аня удивлённо обернулась. Незнакомец никуда не делся, он припарковал машину и сейчас уверенным шагом направлялся к ней. Тусклый свет ближайшего фонаря позволил ей рассмотреть мужчину. Симпатичный коротко подстриженный брюнет со строгим овалом лица, прямым аккуратным носом и чувственными губами. «А глаза, наверное, голубые, – почему-то решила Аня. – Красивый и благородный принц из девичьих грёз… Была бы я прекрасной принцессой, а не упитанной лягушкой, то непременно попытала счастья его заполучить, а так лучше не позориться. Иначе наслушаюсь таких же откровений, какими только что облил бывший любимый», – хмуро подумала она, разглядывая тротуарную плитку.