Затем начался этап плотных исследований. Прибыло оборудование для наблюдений и Тансего, смотревший ранее сквозь пальцы на все отлучки Хана, теперь не отпускал его от себя. Работы хватало и на трех ученых, и еще на десяток человек, занимавшихся в основном обслуживанием аппаратуры, а Тансего с ассистентами вел анализ и обсчет данных, получаемых со множества окрестных мест. Главной целью исследования была атмосфера, слежение за погодой и ее предсказание.
Тема предсказаний погоды захватила местные газеты, и работе ученых не редко мешали журналисты, которые занялись сбором предсказаний погоды у местных знахарей, сравнивая их с предсказниями ученых. Совпадения случались, но не часто. Погода рассчетами предсказывалась верно максимум на день, пол дня, да и то с неполной вероятностью. Впрочем, обещания прихода штормов вполне сбывались, как и ученых, так и у местных жителей.
− Отряд, стой! − Послышался зычный голос. Солдаты остановились. Их командир прошел перед строем и подошел к командующему, докладывая и отдавая честь.
− Вольно! − Приказал командующий. Командир повторил приказ, а генерал прошел перед строем, остановился в центре и начал свои слова с поздравлений гарнизона с наступающим праздником.
Это был день победы, происшедшей десять лет назад. За прошедшие годы колония стала образцовой по показателям экономического роста и отсутствию серьезных военных столкновений с местным населением, в связи с чем местная армия сокращалась в два раза. Солдаты отслужившие более пяти лет получали право на увольнение, а все, кто желал продолжать службу и не умещался в новую численность, должны были отправиться в иные колонии.
В Норк-Дэне оставался только один полк. Еще два были распределены в соседних землях. Остальные четыре снимались и уплывали.
Ирринг Рэк получал очередное недельное увольнение. Таковые случались, как и положено, раз в полгода, а на этот раз увольнение совпадало со временем сокращения армии в колонии. С точки зрения местной экономики это означало некоторое освобождение, хотя с сокращением армии несколько увеличивался общий налог, но он не выходил за прежние рамки и волнений населения на этой почве не предвиделось. Надо было только следить за горячими головами, которые могли решить, что сокращение в два раза армии, это сокращение в два раза и налогов.
В местных газетах на эту тему было написано просто, что средства, уходившие на поддержание местной армии теперь будут отправляться как дополнение к налогам.
Штормовой ветер, налетевший в очередной раз на берег, трепал крыши домов. Дождь барабанил в окна, по пустым улицам носился мусор. Жители, предупрежденые об урагане, закупорились в своих домах и пережидали ненастье.
Где-то в стороне в скалы били молнии. Основная масса грозовых облаков шла мимо, а город был задет лишь краем урагана, который продолжал свое движение вдоль берега.
Ветер постепенно стихал. Смельчаки начали появляться на улицах, а время уже шло к вечеру. К ночи ветер стих, тучи рассеялись, на небо высыпали звезды. Городу вновь ничто не угрожало, как впрочем и всегда. Дома на берегу моря всегда строили хорошо, что бы они выдержали любой шторм.
Ирринг шел через город. Его отпуск еще не закончился, и он просто прогуливался.
− Кого я вижу! Уж не сам ли Ирринг-инопланетянин? − Послышался голос.
Ирринг обернулся, и на его лице появилась улыбка.
− Как у вас дела, господин физик? − Спросил он.
− У нас нормально. Но мы не договорили в прошлый раз.
− Вы прочитали книгу?
− Прочитал, но в ней больше фантазии чем правды. Про людей на других планетах я верю, но что все было именно так, особенно с этими оборотнями-крыльвами, я не верю.
− Понятно. Верим только в одно ухо бога. А в другое не верим. − Усмехнулся Ирринг. − Бывает.
− Вы не желаете предоставить доказательства?
− А вы желаете получить себе на голову шторм? Вот такой, как вчера прошелся, например?
− Он мне не страшен.
− Да, если вы закрылись в доме и вас не достать, он не страшен. Только это не удастся. Я прекрасно знаю, какие взрывные эффекты могут вызвать подобные объявления. Спокойствие − мать порядка, сэр. Незачем воду баламутить, когда это никому не нужно.
− Это нужно! Это должны знать все!
− В моей книге написано все. А неверие, это проблема неверующих. Я понимаю, вам хочется чуда, но вам следует понять, что глобальное чудо сопровождается глобальной катастрофой.
− Почему?