− Я не занимаюсь извозом. − Ответил тот.
− Так тебе чего, места жалко? Два же сиденья. − Произнес тот.
− Пошел вон?! − Выкрикнул качегар и вытолкал парня с телеги.
− Хам ты, дядя. − Произнес тот, и пошел прочь.
Известие о паровой машине, катающейся по улицам, разнеслось по столице довольно быстро. Народ приходил ее смотреть, а через день газеты напечатали новую сенсацию, о другой машине, которая тоже ездила сама, но шумела на много меньше, дымила почти не видно, ездила на много быстрее и выглядела красивее.
Изобретатель паровой машины бросил от себя газету, объявив вторую машину чушью, что ее нет и никто не видел. Но не прошло и получаса, как на улице послышался шум. Человек выскочил со двора и замер, увидев, катившуюся по улице телегу.
Она шла быстрее, тише и не дымила. Машина затормозила недалеко от человека.
− Привет, хам. А мой тарантас лучше твоего! − Человек показал язык.
− Ты кто?! И что это за?!.. − Изобретатель прошел вперед и смотрел на машину с полураскрытым ртом.
− Бай-бай. − Произнес парень, дернул рычаг и машина пошла вперед.
Вторая машина, как внезапно появилась, так внезапно и пропала. В газетах еще долго стоял шум. Люди обсуждали машины. Кто-то говорил, что они заменят лошадей, кто-то не верил, заявляя, что даже не сядет в подобную карету.
Мир несся по пути технического развития. В физике уже наметился революционный сдвиг, появились самые невероятные теории, объясняющие новейшие открытия.
Смерть Императора почти не отразилась на положении дел. Власть оказалась в руках Премьер-Министра, который уже имел опыт управления страной. Императрица государственных дел почти не касалась и воспитывала сына, который по наступлению совершеннолетия должен был вступить на трон.
Ракид ощутил, как кто-то схватил его за руки. Он дернулся, пытаясь вырваться, но это не удалось. А перед ним оказался офицер в форме спецполиции, организованной после покушения на Императора, специально для расследования этого инциндента.
− В чем дело? Какое право вы имеете так хватать людей?! − Воскликнул Хан.
− Такое и имеем. − Произнес офицер. − Вы проедете с нами, а будете сопротивляться, вам будет только хуже. Все ясно?
− Я хочу знать, почему вы схватили меня!
− Узнаете. − Фыркнул человек.
Хана силой протащили через здание, вывели на улицу и втолкнули в черную карету. Еще день назад Ракид посмеивался над рассказами о черных каретах и людях, которых увозили в никуда и не возвращали. Он не верил, но теперь... Теперь в нем возник настоящий страх. Люди рядом не отвечали ни на какие вопросы, а затем кто-то ударил Хана в лицо, требуя заткнуться. Он дернулся, но другие руки схватили его и задержали.
− Вы еще ответите за это беззаконие. − Произнес Хан.
Куда его везли, он не знал. Окна были закрыты и лишь через небольшую щель в потолке в карету попадал свет. Но в эту щель было видно только небо.
Карета остановилась. Ракида вывели. Перед ним оказалось мрачное здание какой-то тюрьмы со множеством мелких окон. А вокруг были только высокие стены.
Пленника ввели в здание. И теперь он молчал. Молчал, когда вели, молчал, когда посадили перед следователем, который начал задавать какие-то вопросы.
− Ваше молчание только доказывает вашу вину. − Произнес следователь.
− А тебе солдаты в морду не били за то что словами здесь раскидываешься? − Произнес Ракид. − Я ни в чем не виновен. Я не имею понятия, по какому обвинению вы меня арестовали. И я не знаю ничего из того, о чем вы тут говорили. Я физик. Ученый, и занимаюсь наукой!
− Стало быть, вы знаете, как делать бомбы. − Невозмутимо произнес человек.
− Да как вы смеете?! − Воксликнул Хан. Он попытался подняться, но стоявшие позади охранники усадили его назад.
− Я смею. − Ответил человек. − Убит не кто-то там, а сам Император. И убит человеком, который кричал имя вашего дружка-дикаря.
− Психи. − Фыркнул Хан. − Я не знаю, ничего из того, что вас интересует. А как делать бомбы, спрашивайте у химиков. А я физик. Чувствуете разницу?
− Не чувствую.
− Оно и видно.
− Ну что же. Раз вы не желаете разговаривать, посидите здесь недельку другую, может, и захотите.
− Что?! Вы не имеете права! − Воскликнул Хан.
− Имеем. Император мертв. Нам торопиться уже некуда. − Человек поднялся и скрылся за дверью.
Ракида подняли, провели через коридор и бросили в пустую камеру, в которой была только железная дверь, да маленькое окошко, в которое не пролез бы и ребенок.
Железная дверь с грохотом закрылась.