- Нет… Ты просто сумасшедший! – она сделала шаг к нему, но остановилась. – Ты просто идиот. Возомнил себя легендой? Бред! Тебе и тридцати нет! Ты не можешь быть тем самым… Тебе нечего возобновлять, - с каждым сказанным словом уверенность начала пропадать на последних словах, когда между ними осталось метра два с половиной. Разум не хотел верить возможной правде, которая пугала своим видом, но в то же время, допускал до себя ее.
- А почему ты решила, что мне должно быть тридцать? – правый уголок его рта поднялся вверх и теперь на губах появилась кривая улыбка. Он понял, что юная и еще не в меру испорченная истериками, девчонка начала догадываться. Нет, скорее уже поняла, о чем это он. Знания, вещь порою опасная для неподготовленного разума.
- Разве, дело в возрасте? Внешность порою обманчива, не тебе ли это знать? – продолжил мужчина, - Если не веришь мне, я могу рассказать все до мельчайших подробностей. И уж тогда ты окончательно поймешь, ЧТО перед тобой… – он развел руки в разные стороны, тем самым представившись, как это подобает артисту. – И есть тот самый. Ты ведь понимаешь, что это значит, Алиса? Я знаю твое имя и назвал тебе свое, так что будем считать это знакомством.
И с чего только она решила, что он должен быть старше? Она лишь строила в своей голове портреты, но ведь никто не знает его истинного лица… Это как с легендой воровского дела Кеглей. Его поймали совершенно случайно только потому, что он пьяным уснул на украденных деньгах, а до этого восемь лет не могли узреть его лица, хотя и знали имя. А этот… Он залег на дно почти на десять лет. Никто не знает его имени, возраста, лица и даже как он выбирал жертв. Почему бы тогда этому прохожему не быть Мастером? Или, например, её собственному отцу?
Алиса сглотнула горькую, вязкую слюну и переступила с ноги на ногу. Пол был неровным, да в тому же еще и ледяным, поэтому стоять было больно. Эта ноющая боль… Все мы ее испытывали. Холодная вода, от которой сводит ноги, сжатый в голой руке снег. Бетон никогда не отличался теплом. Светло-голубые носки не могли защитить ступни от холода. Но именно холод сейчас давал Алисе силу стоять и смотреть на человека, который сказал тебе в лицо…
Что он серийный убийца по прозвищу «Мастер лиц».
- Чушь! – она вздернула голову и ярко улыбнулась, хотя вздымающаяся нервно грудь и мокрые ресницу её выдавали. – Полная чушь! Это то же самое, если мой парень заявится и скажет, что он тот самый Мастер, - она передразнила его и сжала челюсти от напряжения.
- Если решил припугнуть и выудить денег, то это убитый номер! Я видела таких как ты, и не у многих вышло что-то путное. Так что для своего же блага прекрати этот цирк! Нашелся Мастер… Слишком много фейков. Уже не актуально!
Она действовала на свой страх и риск. Но Лесс продолжала свято верить, что это или розыгрыш или неумелое похищение. Нет, это точно не Мастер Лиц! Он бы не поступал так опрометчиво, не показывал бы лица… Алиса знакома уже со стопкой дел с разного содержания, но мало кто рискует показать лицо. А кто показывает – пойман.
«Идиот» – подумала она и сделала шаг по диагонали, приближаясь немного к нему. Некоторые психологи говорят, что нужно показать, что, несмотря на страх ты не боишься действовать. Эта тактика как раз для нее, ведь так?
Владелец желтых глаз не сводил с нее своего пронзающего взгляда. Он не делал резких движений и не перебивал девчонку, которая как кошка, металась между двумя хозяевами, не в силах выбрать кого-то одного. Алиса переживала четыре стадии здесь и сейчас. Если у другого на это дело уходило от нескольких дней до нескольких месяцев, то эта особа потратила на это всего каких-то десять минут. И благо здравый смысл заставил ее на время заткнуться. Жаль только, что он не повлиял на ее тело.
- Похоже, что тебе нужны весомые аргументы, чтобы поверить мне, - заговорил похититель. Казалось, что его тон не имеет больше никаких эмоций, кроме этого странного спокойствия, которое так отличалось от обычного. Плавные переходы между словами, точные ударения. Никто так не говорит сейчас. И если н то пошло, то современный говор утратил свои первоначальные нотки здравомыслия. Сейчас все слова основаны на эмоциях, а не на смысле.
Это чертовски нервирует.
Похититель посмотрел на Алису так, чтобы она не отводила от него свои глаза. Она смотрела на него в нервном ожидании того, что он скажет, готовясь к подготовленной речи. Девушка не раз встречала на своем пути таких людей. И эта привычка не раз спасала ее.