Эвр готов стать изгоем. Снова. Но хочет ли она, чтобы это так и было?
Нет.
По истечении недели, Эвр вернулся к себе. Пусть тревогам Алисы пришел конец, для владельца голубых глаз все лишь начиналось. Первое, с чего он начал – развеять все недопонимания между ним и Мартином. Да, Эвр знал, что Мартин – его отец. Но он не воспринимал этого человека как родного. Скорее он был благодетелем или же «матушкой-гусыней». В точности, как Крис, что присматривает за «горе-сестренкой».
Их встреча не отличалась от тех, что была раннее. Разве что тон сменился на более человечный. Мартин не был примерным папашей и после отчаянных попыток показать всю свою любовь и заботу, он отступил. И Эвр попросил его не стараться больше. Да, их связывает кровь, однако это все. Не зачем пытаться становиться теми, кем им не суждено быть.
И Мартин согласился с ним. И идею о смене фамилии его нисколько не удивила. Что Фриман, что Кроу – обе семьи не создали драгоценных связей, доставив лишь боль и разочарование.
- Какую фамилию ты хочешь взять? – спросил детектив перед тем, как закончится их встреча.
- Я еще не решил.
- Хорошо, - мужчина вдохнул. – Ты скажешь мне, как надумаешь? Чтобы я успокоился.
- Может быть, - ответил Эвр.
- Она любит тебя, - внезапно сказал Мартин. Он поднял свои уставшие глаза на своего сына в ожидании увидеть реакцию. И он ее получил, но не ту, что ожидал. Вспоминая тот период, когда Эвр скрылся ото всех, кто упрекал себя во всех грехах. Да, именно Эвр. И его волновали отношения между этими двумя. Поэтому он сказал это вслух, желая, чтобы молодой человек понял его. И вместо привычного безразличия, которое так часто правило в жизни этого человека, он увидел проблеск людских чувств.
Это было понимание.
- Я знаю, - ответил Эвр. – Если бы не она, я так бы и остался где-то там.
- Что ты имеешь в виду?
- Уже не важно. Главное, что теперь ей ничто не угрожает. Она свободна, как и я.
- Скажи, ты любишь ее?
- Кто знает…
12:34 Коридор университета юридической практики
По всему коридору разнеслась мелодия. Телефон Алисы зазвонил столь же неожиданно, как первый снег вначале октября. На экране высветился знакомый номер, на владельца которого Форрест держала обиду.
Когда вызов всё же приняли, в трубке, была короткая тишина, которую прервал его голос.
- Здравствуй, Алиса. Узнаешь меня или уже от злости позабыла? - спросил голос Эвра. - Знаешь, у меня сильно горят уши, - добавил он. - Думаю, это твоих рук дело. Что ж, заслужил. Прости, что не звонил в последние две недели. Видишь ли… Если бы я сделал это, то ты бы еще пуще злилась из-за того, что не даю себе отдохнуть. Я... могу попросить тебя о встрече со мной? Пожалуйста. Хочу поговорить с тобой. А там, ты уже решишь для себя. Я парке на крыше. Там, где ты чуть не сиганула вниз.
Едва Саймон закончил говорить последние слова, как Алиса сорвалась с места. В момент забылась обида, злость, ненависть… Гордость отошла на второй план. Алиса побежала по улице, наплевав на пары, бросив Линду в коридоре.
Она поймала такси на перекрестке на свой страх и риск. И внутри все клокотало. Девушка сжимала в руке телефон, ожидая нового звонка.
«Что-то случилось. Что-то случилось! Он бы не позвонил просто так!»
– Можно скорее, пожалуйста…
12:55 Крыша отеля
- Спасибо за то, что дала договорить, - сказал Эвр, глядя на горизонт. - Хоть это я смог сделать, - голубые глаза на секунду прикрылись.
Эти слова предназначались человеку, стоящему позади скамейки. Она стояла и смотрела на Эвра. Она получила ответ, который так и не увидел свет. Но это не было важно.
Укол не был таким болезненным. Светло-голубая рубашка была очень тонкой и игла проткнула кожу в районе рёбер быстро. Содержимое быстро перешло в плоть и шприц с иглой были выброшены с крыши. Как и телефон.