- Если ты боишься, что я трачу на тебя слишком много, то смею заверить, что это не так. У меня в полном распоряжении все сутки, то есть все двадцать четыре часа.
Алиса выдохнула и прикрыла глаза.
- Проехали. Просто неудобно, что ты таскаешь меня на руках. К тому же у тебя руки болят. Медленно, но я могу идти и сама, вот я к чему, - сказала она спокойно. – Ты слишком много делаешь для меня, и это беспокоит.
«Словно это затишье перед бурей и ты меня к чему-то готовишь», - подумала Алиса, но вслух этого не сказала. Она откинула одеяло и спустила ноги с кровати, не касаясь пола. Тонкие белые ножки были открыты взору, на которых пятна еще остались, но они начинали проходить, и только перебинтованная лодыжка еще немного синела и алела.
Ванна уже была знакома Алисе, поэтому никакого открытия здесь не было. Стандартная комната без какого-либо акцента. Белоснежных кафель сиял, как отполированная машина на «витрине». Ванна больше напоминала лодку на одного человека.
Усадив девчонку на стиральную машинку, Эвр набрал воды и бросил туда соль для ванн. Он не смущался ни женского тела и считал реакцию девушки глупостью. Он издевался над ней! Явно издевался! Лесс краснела за двоих. После третьей попытки уговорить его отвернуться, она сдалась и, потупив взгляд, стянула с себя одежду дрожащими руками.
«Чтобы я когда-нибудь, при ком-то… Черт! Ненавижу!»
Для Эвра не существовала скромность как таинство тела. Не уважал личное пространство девушки и не уходил даже после того, как Алиса спрятала обнаженность под слоем пены.
Упершись рукой о край раковины, Эвр посмотрел на свое отражение. В нем он видел совершенно иное существо, не того, что видела Алиса. Цветные глаза осмотрели волосы и увидели в отражении изъян, которого тут же коснулся пальцами. Это была прядка его собственных волос. Она побелела, словно ее покрасили. Но это не так. И даже возраст не при чем. Голубые глаза одарили отражение злобным взглядом, от которого внутри молодого человека что-то оборвалось.
- Каков был срок? – неожиданно спросил он, не отрываясь от зеркала. – Он покинул тебя или же до сих пор внутри?
Алиса замерла, глядя на него и не зная, что ответить.
- Зачем тебе это знать? – не сдержалась Лесс и огрызнулась. Несколько секунд она молчала, переведя взгляд в другую сторону, на стену. Лишь руки выдавали её волнение: пальцы впились в кожу на плечах, оставляя маленькие следы от ногтей.
- Понятия не имею… Срок был маленьким. Всего три с половиной недели. На этом сроке его таблетками убить можно, а тут… – осеклась, - Этого даже не заметишь… И как он покинет тоже. Он может просто раствориться внутри… Я не помню точно, что на таком сроке произойдет, если от него избавиться. Но говорят, что и вправду не заметно, как он уходит… – она замолчала, сжала плечи еще сильнее. – Зачем тебе это знать? Так важно? По-моему, тебя это не должно касаться!
- Если он внутри, то это плохо для тебя. Срок в три с половиной недели хоть и мал, но последствия реальны. Велик риск возникновения инфекции. Ты зачахнешь быстрее, чем за три недели. Поэтому если он по-прежнему там его нужно излечь, - сказал он прямо, глядя на Алису. В его глазах столько уверенности, а в голосе впервые за несколько дней проявилась сила.
Эвра затронула тема ребенка. И на то есть не одна причина, по которой он так «заботлив» к своей узнице.
- Плод начнет разлагаться. Ткани станут мягкими и это не сопровождается особыми симптомами. Но если возникнет инфекция, то у матери начнет развиваться сепсис. Ты готова к этому? – он сделал паузу.
- Меня это касается. Если ничего не предпринять сейчас… Все мои планы полетят не просто к черту. Всё, что я вынашивал десять лет, не будет иметь никакого смысла, и я не избавлюсь от существа, которого я не убил в прошлом. Его существование должно прерваться, а иначе… Умрут все. Это будет самым масштабным событием.
Его слова пугали. Алиса опустила голову и сжалась, слегка дрожа в теплой воде. Он выбрал не лучшее место и время для этого разговора. Три недели… Сепсис… Господи, она никогда не разбиралась в медицине и прочем, но сейчас… Если он говорит правду, то ей реально угрожает опасность. Но от этой мысли её отвлекли последние слова. Алиса подняла голову и посмотрела на Эвра с долей непонимания.