На обнаженной груди и спине появились красные полосы от ногтей, которые не щадили и всеми способами пытались спасти свою хозяйку.
А глаза... были желтыми, как те, что смотрели на Алису во сне.
- Пора возвращаться в подвал, - сказал тот самый тон, что принадлежал меченному. От этих слов татуировка дракона начала медленно двигаться, ползя по спине.
Руки схватили девчонку так грубо и больно, как это делает настоящий психопат. Алиса не успела ничего сказать, как вдруг он схватил её и потащил прямо по полу. Алиса схватилась за его руки и вскрикнула. Желтоглазый потащил Алису по лестнице вниз, не заботясь о сохранности ее тела.
- Отпусти. Отпусти меня! - она пыталась кричать и брыкаться, иногда вскрикивала от того, с какой силой ударялась о ступеньки. А когда они оказались на первом этаже, то Лесс вдруг словно сошла с ума.
- Эвр! Эвр! Отпусти меня! Ты... Ты убил его? Отпусти! Я не поддамся! Где Эвр? Отвечай! - кричала она на него, пытаясь больнее уцепиться за руки.
- Сволочь! Ты... За что? За что ты ненавидишь его? Отпусти! - последнее вырвалось настолько остервенело, что у девушки моментально появилась масса силы, она подтянулась за его руку и (случайно или продуманно) ударила под колено, повалив на спину. Момент, когда она могла сбежать, не был принят. Она только попыталась отстраниться подальше от желтоглазого. В глазах же читался ужас, словно это правда был не Эвр.
- Что ты... сделал с ним... Ты... Ты - не он! Не он! Отвечай! - она вдруг вцепилась ему в плечи, оседлав сверху и глядя прямо в глаза. - Ты... не он... - тише прошептала она, поджимая от страха губы.
ГЛАВА Х. Двое как один
ГЛАВА Х
Двое как один
Неожиданный поворот событий: жертва пытается спасти убийцу.
Забавно видеть нечто подобное. Стоило только обнажить сущность животного, как невинная овечка рванула к хищнику дабы... найти того самого, что поймал ее в первый раз.
Да, у бедной пташки поехала крыша. Такую уже не примет общество, за то общество готово поиздеваться над ней.
Владелец татуировки змееподобного дракона лежал на полу, прижатый ненавистным женским телом и его цепкими ручками, которые можно сравнить с клешнями. Девчонка оседлала его в приступе ужаса и этот ужас читался в ее глазах. Он пленкой затянул зрачки, делая очи затуманенными, а что еще интереснее - пустыми и в тоже время живыми. Как так? Эти глаза сами по себе живые, однако, существуют моменты, когда зрение "отключается". Ты вроде бы видишь, и в то же время нет.
- Ты... не он.., - прошептала пташка, чьи губы превратились в тонкую белую полоску.
Тебя столько раз предупреждали, - подал голос "ЛжеЭвр" и его руки вцепились в женские худые палочки.
- Неужели ты думаешь, что все настолько просто? Я - это он. В истинной форме. Все это время я испытывал тебя, и вот ты сорвалась, - мужская хватка пересилила хватку Алисы и ее руки, наконец-то, оставили голые плечи в покое. - Глупая... Глупая девочка. Лучше бы ты соображать научилась. А сейчас слишком поздно и всё, что МЕНЯ сейчас интересует... Так это твоя смерть, которую так долго оттягивали.
Едва она упала на пол под телом Эвра, как внутри все перевернулось. Страх сковал сердце, которое колотилось как у испуганного кролика. Это был конец... Конец вполне логичный и ясный, но Лесс все равно мечтала о другом. Татуировка обвилась вокруг живота, чувствуя, что он пуст. Хочется... утолить эту жажду, вновь почувствовать вкус крови на губах. То, как она стекает по горлу...
- Зря ты отказалась, - прошипел он. - Быть можешь, ты бы еще прожила пару деньков. Теперь придется избавляться от тебя и всего этого дома.
Перед глазами вспыхнули моменты сна. Едва стоит ему вытянуть руку, как тварь вылетит из его тела на жертву. Они оба словно приняли на себя образы своих татуировок. Она - маленький невинный олененок, а он - дракон над своей запуганной жертвой.
- Остановись, - умоляла она, скрестив руки на лице, чтобы хоть как-то защититься. - Прости! Прости меня. Я... Я не знала ни о чем, что ты вчера говорил! Я... Я не думала... - к горлу начали подступать слезы. - Не думала, что все так. Вчера я... назвала тебя животным. Это не так! Ты не животное. Нет, не так... Эвр не животное. Тот Эвр, который был снисходителен, который поступал, как человек. Он достоин жить, а ты... Говори, что угодно, но ты - не он. Отпусти! - Она вскрикнула и уперлась руками ему в шею.