- Двойной эспрессо с собой. Сдачи не нужно.
Кристиан наблюдал за тем, как Лена, тут же отдернувшая руку от его ладони, как-то нервно забрала со стойки деньги и тут же отвернулась готовить кофе, взяв предварительно картонный стаканчик, а странный незнакомец то задумчиво рассматривал её спину, то утыкался взглядом в собственный телефон, который он достал из кармана, как только подошёл к стойке.
Лена повернулась к гостю, накрыла стакан пластиковой крышкой, и, не сумев выдавить из себя ни слова, поставила его перед посетителем, метнув в него быстрый взгляд. Тот, оглядев её от талии до макушки и в обратном направлении, также ничего не произнеся, забрал со стойки кофе, развернулся на девяносто градусов и, спешно прошагав к выходу, вышел в морозную темноту зимнего Стокгольма.
***
- Этот мужик в баре так тебя разглядывал, - пристально посмотрев на Лену, сказал Кристиан, когда они вечером шли домой по узкому серому тротуару, почти что плечом к плечу. Улочки старого города были не слишком широкими, постепенно расширяясь по мере удаления от исторического центра и позволяя вдохнуть глубже морозный острый воздух и выдохнуть его клубом пара, про который шведы говорят «De tryker om andedräkten» (досл. "дыхание дымится", произносится примерно как "дэ рююююкер ом андэдрэктэн"). Втянув шею в плечи, поёжившись от зябкости и колющего ощущения в носу, Лена, не поворачивая головы к приятелю, отозвалась:
- Пусть разглядывает. Смотреть можно, трогать – нельзя.
- Будто в стриптиз-клубе, - усмехнулся очаровательный черноглазый брюнет, и снова бросил взгляд в сторону подруги.
Лена хмыкнула.
- Тебе не понять. Просто ты, видимо, никогда не работал в баре, полном пьяных одиноких женщин. - Она искоса взглянула в него, улыбаясь одними глазами, взгляд которых наполовину скрывала придавленная шапкой белокурая прямая чёлка. – Впрочем, забудь. – Она замялась, не став продолжать свою мысль, которая так и норовила сорваться с языка: для красавчика Кристиана наверняка весь окружающий мир был как огромный бар с кучей пьяных одиноких женщин. Во всяком случае, женского внимания в его обычной жизни ему доставалось явно не меньше, чем если бы это было действительно так.
А она уже привыкла к разглядываниям мужчин – ведь её профессия и контингент, окружающий её по месту работы, более чем обязывали её быть готовой к вниманию и извечным нетрезвым заигрываниям посетителей.
Но не в этот раз. Одно только упоминание Кристианом сегодняшнего визита Фломастера вызвало в девушке лёгкую нервозность. Ей абсолютно ни к чему было внимание этого странного мужчины, который пугающим образом в который раз оказывается всегда где-то неподалёку и то тут, то там всплывает в её реальности. Оставалось только надеяться, что после сегодняшнего визита он просто оставит её в покое. Странное дело: она очень боялась снова встретиться с ним один на один, но, тем не менее, сколько она ни пыталась – выкинуть этого синеглазого из головы ей никак не удавалось. Вот и сейчас, пока она шла плечо к плечу с потрясающе красивым молодым человеком, мыслями её прочно и безраздельно владел не такой молодой, но по-своему красивый, хотя и весьма пугающий, загадочный мужчина.
Когда Лена оказалась в своей квартире, она, не став медлить, улеглась спать – завтра был первый учебный день, и ей нужно было как следует выспаться, чтобы как можно скорее выбросить из головы поселившиеся в ней страхи и начать новую неделю с чистого листа. Эта история с Фломастером должна была остаться странным щекочущим нервы маленьким каникульным приключением, как в школьные времена, когда они с деревенскими друзьями, отдыхая у бабушки на летних каникулах, вызывали Пиковую Даму или домового, до жути пугаясь в процессе, но о чём благополучно забывали в первый же день по возвращении в город.
В первый учебный послеканикульный понедельник зимнее солнце светило как никогда: Лена шагала по каменистой дорожке шумного двора университетского кампуса с небольшим кожаным рюкзачком за плечами и щурилась от ослепляющих лучей, попутно ощущая, как оживает и веселеет каждая клеточка её молодого девичьего тела. И хорошему настроению не мешал даже мороз. Вдалеке она увидела Стефана и Агату и с улыбкой махнула им рукой, ещё сильнее ощущая тепло, разлившееся в её душе, стоило ей, наконец, увидеть друзей.